– Тяжело ей, – фыркнула мама. – Я носила тебя на руках до одиннадцати лет.
– Верно, – согласился Дан. – Именно поэтому я в восемь месяцев уже начал ходить.
– Давайте соединим руки, – предложил я.
– Что?
Не говоря ни слова, я протянул вперед руку.
Которую накрыла рука Дана.
Поверх которой легла рука Деклы.
Накрытая ладонью Амихая.
Поверх которой положила обе свои маленькие ладошки Яэли.
А на вершину этой пирамиды положили руки мама с папой.
– Семейка Элул во всей красе! – закричал Амихай, и мы все с одинаковым изумлением посмотрели на него.
– Простите, еноты, – потупил взор Амихай. – Что-то меня понесло.
Мы все повернулись к объективу.
Яара нажала на спуск.
И вот спустя почти год после той ужасной ночи мне удалось получить семейное фото, которого мне так недоставало.
– Вот. Вспомнил, что я могу заказывать в баре все что угодно, – произнес я, поставив перед Лираз два бокала пива.
– Да ну!
– Да, – усмехнулся я. – Тут одна ненормальная сказала бармену в начале круиза, что я могу брать в баре все что угодно за ее счет.
– Поздновато ты об этом вспомнил. Через двадцать минут мы прибываем в Хайфу. Как ты меня нашел?
– Ты же сидишь в моем укрытии.
– Оно было моим задолго до тебя, – произнесла Лираз, отпив глоток.
– Значит, теперь оно наше общее, – улыбнулся я, садясь рядом.
– Ненормальный! – улыбнулась Лираз.
– У меня остался еще один кадр, – произнес я, глядя на приближающиеся горы, окружающие хайфский порт.
– Что?
– В фотоаппарате. – Достав из футляра камеру, я показал Лираз счетчик кадров, остановившийся на цифре тридцать семь.
– А… так разве бывает?
– Иногда, – пожал плечами я, – пленка получается чуть-чуть длиннее. Говорят, это приносит удачу.
– Значит, сегодня у тебя удачный день?
– Зависит от того, чем я заполню этот кадр.
Не говоря ни слова, я прислонил свою голову к голове Лираз, направил объектив в нашу сторону и нажал на спуск.
– Можно посмотреть, что у тебя вышло?
– Нельзя, – засмеялся я, взъерошив ей волосы. – Остается только надеяться.
– Ты это серьезно?
– Да.
– Хорошо, что ты фотограф, Йони, а не писатель. Ну так как, ты возвращаешься в Лондон?
– Нет, – ответил я, сделав глоток пива. – Я остаюсь здесь.
– Моти видел, как ты фотографировал свадьбу.
– Да ну!
– А еще я показала ему мои фотографии, и он сказал, что это неплохая идея – иметь на корабле фотографа.
– И что ты ему ответила?
– Что это совершенно ужасная идея.
– Так я и подумал.
– Платит он так себе, зато у тебя будет отдельная каюта.
– А как коллектив?
– Если не считать одной чокнутой, которая чуть что хватается за пистолет, все остальные – просто мечта!
– Я подумаю, – засмеялся я.
– Йони. – Поставив бокал на стол, Лираз приблизила свое лицо к моему.
– Что?
– Не прыгай, пожалуйста.
– Постараюсь.
– И позванивай мне, – улыбнулась она.
– Постараюсь.
– Если не будешь звонить, пожалеешь, что не прыгнул.
И она поцеловала меня в губы.
А я посмотрел на камеру. Счетчик кадров которой показывал тридцать семь.
Все, пленка закончилась.
Дрожащей рукой я перемотал ее, открыл крышку, достал кассету и положил в карман. Все. Теперь я буду снимать только подаренной мне родителями цифровой камерой. Иногда все-таки надо идти вперед.
– Эй! – схватила меня за рубашку Лираз. – С тобой все в порядке?
– Да, – ответил я, левой рукой проверяя кассету с пленкой в кармане, а правой покрепче сжимая фотоаппарат. – Думаю, теперь со мной все будет в порядке.