— Ками-сама, как тяжело с тем, кто тебя не понимает… — протянула она. — Зато теперь я прекрасно понимаю братика.
Услышав последнее слово, её одноклассник резко сбледнул и сделал пару шагов назад.
— Знаешь, Самэ-тян, ты права, лучше останемся друзьями, — чрезмерно торопливо выдал пацан. — У-увидимся завтра!
И, не дожидаясь ответа, на первой космической рванул в сторону выхода, чудом по пути не врезавшись в меня.
— Извините! — он изобразил поклон и, обогнув по дуге, было пробежал пару метров, однако вновь неожиданно притормозил и медленно, словно робот, повернул голову, теперь внимательно меня рассматривая.
— Это он… — бледность его лица усилилась многократно, вместе с тем, как он мелкими шажками двигался спиной в сторону ворот. — Это он!
Чудом вновь не споткнувшись, Рито развернулся и, пулей прошмыгнув через родителей с детьми, помчался дальше, скрывшись с глаз.
Не понял. Что это за реакция ещё такая?
Толком оценить поведение пацана мне не дала Самэ, наконец-то заметив мою фигуру, заметно возвышавшуюся среди остальных людей.
— Братик! — привычно запрыгнув на меня, она дождалась, пока я подхвачу её под колени, а потом обхватила мою шею руками. — Я соскучилась!
— Правда? — наклонил голову, мягко улыбаясь.
— Правда, — кивнула она и следом слегка нахмурилась. — Ты ведь всё слышал, да?
— Только то, как ты жестоко разбила очередное мужское сердце, — поцокал языком.
Малая едва заметно выдохнула и расслабилась,.
— Да оно у него из металла сделано, — фыркнула младшая. — А голова — точно из дерева. Никак не поймёт, что не интересен он мне!
Сестрёнка опустила голову на мою плечо, совершенно не заботясь о том, что в её возрасте подобные «поездки» на брате окружающие могут воспринять превратно.
— Вот бы все парни были, как братик или Гаспер, — тоскливо протянула Самэ, прикрывая глаза.
Свободной рукой сняв с её плечи рюкзак и перекинув его на себя, усмехнулся.
— И чем же мы оба так хороши?
— Ты — умный, сильный, прекрасно меня понимаешь и никогда не ругаешься, — девочка скучающе смотрела на проходящих мимо людей. — А Гаспер — миленький.
Она ненадолго замолкла, словно задумавшись, после чего приподнялась и прошептала мне на ухо:
— Братик, — девочка вновь огляделась. — Скажи, а ты веришь в магию?
Чудом не сбился с шага.
— В каком смысле? — коротко прокашлялся, мысленно готовясь к худшему.
Самэ вместо ответа замялась, отводя взгляд в сторону.
Так…
— Звёздочка? — я крайне редко использовал это прозвище, применяя его в исключительных случаях.
Сестрёнка покрепче обняла меня и уткнулась носом в шею.
— Ты ведь никому не расскажешь? — на грани слышимости спросила малышка.
— Я же твой брат, — погладил её за ухом, поправляя волосы. — И никогда не посмею предать доверие своей любимой младшей сестры.
Девочка стиснула пальцами ворот моей рубашки.
— Тогда, — она приподнялась, заглядывая мне в глаза. — Точно-точно никому не рассказывай! Даже Акено!
— Буду нем как рыба, — клятвенно заверил её, чем, кажется, смог успокоить.
Вновь приблизившись к моему уху, Самэ быстро проговорила:
— Гаспер показывал мне самую настоящую магию!
И следом внимательно взглянула на меня с плохо сдерживаемым восторгом, видимо, ожидая моей реакции.
Серво.
[Да, носитель?]
Предположим, осиновые колья я могу достать. Вопрос в другом: ты сможешь синтезировать серебряные пули?
И мне нужен напильник.
Даже два.
— Значит, ты хочешь узнать об этом побольше? — уточнила Самэ, удобно устроившись на кровати, в то время как я сел напротив, поставив стул спинкой вперёд.
Я решил не вести беседу на улице, терпеливо дождавшись возвращения домой. Быстро перекусив — вопросы вопросами, а обед пропускать не стоит — мы поднялись в её комнату, где я, создав несколько барьеров для успокоения разыгравшейся паранойи, приступил к детальному «допросу».
— Конечно, — улыбнулся. — Ведь не каждый день выпадает возможность узнать о магии.
Сестрёнка чуть замялась, стиснув пальчиками покрывало, а затем робко произнесла:
— Ты мне веришь? Ну, про Гаспера и его способности?
Посмотрев в её кристально-голубые глаза, тихо усмехнулся и, протянув руку, потрепал девочку по макушке.
— Я всегда буду верить и оставаться на твоей стороне, — в моих словах не было ни слова лжи.
— Даже, если я когда-нибудь обману тебя? — голос Самэ стал ещё тише.
Замерев, на мгновение прикрыл глаза, представляя описываемый вариант событий и свою возможную реакцию.
— Мне будет крайне обидно, — честно признался, однако улыбку с лица не убрал. — Тем не менее, я всё равно буду продолжать поддерживать тебя. Такова роль старшего брата.
[Получается, вы не способны простить потенциальное предательство со стороны Акено, при этом делаете исключение для младшей сестры?]
Ответ есть в самом вопросе, Серво.
Химеджима, какие бы отношения нас сейчас не связывали — посторонний. Самэ же — моя семья, а она всегда стоит на первом месте.
Внимательно посмотрев на меня, словно ища малейший намёк на то, что я её обманываю, в конце концов, девочка облегчённо выдохнула и визуально расслабилась.
— Я тоже всегда буду на стороне братика! — пылко заявила она. — Чтобы не случилось!
