Умирать не больно полностью

Пристально всматриваясь в ночную мглу, я обошла дом и побежала к своей машине, которую оставила на освещенной площадке в шеренге других автомобилей, припаркованных под окнами первого этажа. Сейчас там кто-то мог прятаться. Эта мысль не давала мне покоя до тех пор, пока я не забралась в салон и не заблокировала все двери. Заведя двигатель, я опустила взгляд на ноги и застонала, поняв, что пока мчалась сломя голову, успела пересчитать все лужи.

И чего я разнервничалась? Стив мертв, он больше никому не причинит вреда. И уж точно не мне. Все дело в диктофоне и голосе Леды.

Когда я выезжала со стоянки, меня все еще била дрожь, но я чувствовала себя значительно увереннее. Теперь у меня есть зацепка, у меня есть ключ. Я еще не знаю, к какой двери он подходит, но его наличие обнадеживает.

Нужно встретиться с Лаурой Дюваль. Если Олива знала Дэйзи Келли, возможно, и Лаура была с ней знакома.

На следующий день, когда я пришла к Альме Сивер, дверь ее кабинета внезапно распахнулась, и оттуда вылетела разъяренная Кира. Ничего не замечая вокруг, она промчалась мимо меня в конец коридора и, со всей силы бахнув ладонью по кнопке вызова, скрылась в лифте.

– Входи, Кая, – попросила доктор Сивер, глядя на меня сквозь щель в двери. Я кивнула, опомнившись, и вошла.

– С детства боюсь такой погоды, – сказала Альма Сивер, кивнув на черное небо за окном. Когда я приблизилась к столу, она крутанулась в кресле, закидывая ногу на ногу. – Присаживайся, пожалуйста.

Я молча опустилась на стул.

Спрашивайте, доктор Сивер, я отвечу на все вопросы, – мрачно подумала я, и она действительно стала спрашивать, в этот раз минуя тему Джорджи – дала мне передышку. Я рассказала ей о Сьюзен, о том, что проведала ее могилу. Доложила о неприятном разговоре с Генри Фоксом.

Когда слова закончились, я замолчала и украдкой глянула на доктора Сивер. Все это время она наблюдала за мной с бесстрастным лицом и, когда повисла тишина, прищурилась, будто сделала какой-то вывод.

– Ну что ж, – начала она минуту спустя, и я внутренне съежилась, как от неожиданного укола в сгиб локтя. Моя дрожь не укрылась от ее наблюдательного взгляда, и доктор Сивер немедленно свела светло-коричневые брови к переносице. – Ты себя плохо чувствуешь, Кая? Ты теребишь ворот свитера, где раньше был жетон отца, ерзаешь. Тебя что-то тревожит?

– Нет, вовсе нет.

– Тогда в чем дело? – Я посмотрела на свои кожаные ботинки на шнуровке, в которые были заправлены штаны, только для того, чтобы не смотреть на доктора. – Кая.

Я со вздохом выпрямилась, нехотя поинтересовавшись:

– Как бы вы поступили, будь у вас человек, которому вы не доверяете, но которому должны отдать очень важную вещь?

– Почему ты ему не доверяешь?

Ну и глаза же у нее, – подумала я, – хитрые.

Прочистив горло, я попыталась объяснить:

– Просто… просто здесь, в Эттон-Крик, все относятся ко мне с предубеждением…

– Нет, – остановила она, и зеленые глаза с хитринкой блеснули. – Я спрашиваю не о том, почему не верят тебе, а о том, почему не веришь ты.

– Я имела в виду, что сложно верить тому, кто не верит тебе, – быстро сказала я, и доктор Сивер откинулась на спинку кресла. Я поняла, что не убедила ее, и тогда сдалась и сказала: – Если я доверюсь не тому человеку, то совершу ошибку.

– Все мы совершаем ошибки. Этот человек предал твое доверие?

– Ну… нет.

Доктор Сивер склонила голову набок, демонстрируя легкую заинтересованность:

– Тебе кажется, что только ты можешь справиться с этой задачей?

– Возможно, – уклончиво ответила я и с облегчением вздохнула, когда в моем телефоне раздался звук, напоминающий о том, что сеанс окончен. Доктор Сивер со смешком произнесла:

– Я действительно сильно давлю, раз ты с таким рвением пытаешься сбежать.

– Я не пытаюсь сбежать, – ответила я, вставая и закидывая сумку на плечо. – Я чувствую облегчение после наших бесед, правда. Но я действительно спешу.

Я сделала несколько шагов к выходу из кабинета, когда доктор Сивер меня остановила.

– Доверие – это роскошь, – сказала она, – но иногда нужно рискнуть. Особенно когда действительно нужна помощь и тебе больше не к кому обратиться.

Я кивнула и вышла, вновь думая о ее хитрых глазах и многозначительной улыбке. Доктор Сивер права. Мне не к кому обратиться кроме детектива Гаррисона. Я не могу играть в шпионские игры, поэтому отдам ему запись, подтверждающую, что Дэйзи Келли и Олива Дюваль были похищены маньяком, и, может быть, смогу вздохнуть спокойно.

Когда занятия закончились, не теряя ни минуты, я поспешила прочь из Первого медицинского павильона. Скалларк удивленно окликнула меня, а Крэйг успел помахать в знак прощания, но я не остановилась, стараясь поскорее скрыться с глаз студентов, которые хоть и не шушукались за моей спиной, но все равно пристально следили.