— Иногда мне кажется, что он держит тебя под Империусом. Ты так не похож на себя прежнего!
— Прежнего, говоришь? — глаза Гарри гневно сузились, он чувствовал, как внутри начала клокотать ярость. — Какого прежнего? Или ты думаешь, что пары бесед на третьем курсе и тройки мимолетных встреч после достаточно, чтобы хорошо узнать меня? Прости, но я тебя огорчу. Ты лишь думаешь, что знаешь меня, нарисовав себе какой-то вымышленный образ, равно как и остальные.
— Гарри…
— Хочешь речей и объяснений — ступай к Дамблдору. Думаю, он с удовольствием порасскажет тебе много занимательного. И не нужно учить меня жить. Запоздало как-то получается, не находишь?
Люпин не нашелся с ответом и, как обычно, предпочел виновато потупиться, от чего Поттер едва не взвыл. Ярость требовала выхода, но не избивать же оборотня! Поэтому Гарри предпочел быстро попрощаться и уйти. Во избежание.
Не желая видеть кого бы то ни было, Поттер накинул мантию-невидимку, едва покинув класс, и пошел куда глаза глядят. Вскоре выяснилось, что глядели они в сторону Астрономической башни. В такую по-осеннему мерзопакостную погоду, когда порывистый ветер так и норовит пробраться под одежду, а в лицо кинуть непонятную изморось, не было ничего удивительного, что на смотровой площадке парень оказался один. Впрочем, для него так было даже лучше.
Облокотившись о каменный подоконник, Гарри хмуро вгляделся в не менее хмурый пейзаж. Настроения его и погоды на удивление совпадали. Ярость все еще клокотала в груди, перейдя в более тихую, но от того ничуть не менее спокойную форму. В очередной раз хотелось послать все к черту, особенно некоторых представителей Магического Мира. Да что они вообще знают!
Внезапно Поттер ощутил холод под пальцами и увидел, что камень под ними покрылся коркой льда, который с каждым мигом расходился все дальше. Поспешно отдернув руки, Гарри понял, что нужно успокоиться. Еще не хватало магического всплеска!
Странно, что Морри никак не прокомментировал происходящее.
— Потому что чувствую почти то же самое, — фыркнуло «второе «Я». — Но лучше, и правда, держать себя в руках. Интересно, что запоет Люпин, когда директор расскажет ему о том, кто ты есть.
— Меня это не волнует, ну, почти. Вот только раздражает, что он, в самом деле, думает, что заботиться обо мне! У многих потрясающее чувство проявлять заботу тогда, когда она не нужна.
Морри начал что-то отвечать, но в этот момент Гарри вздрогнул от неожиданности, так как на его плечи легли чьи-то руки, и едва не использовал невербальное проклятье, но именно в этот момент пришло теплое ощущение родства, а потом раздался голос, который невозможно было не узнать:
— Ты что, решил намеренно заболеть?
— Нет, просто стою, — Поттер чуть подался назад, чтобы всей спиной прикоснуться к супругу, буквально впитывая его тепло.
— Просто стоишь на ледяном ветру в одной этой мантии-невидимке вместо теплой?
— Ну… да. А как ты меня нашел?
— А ты прятался?
— Вроде нет.
— Вот именно. К тому же мы с тобой связаны. Некоторое время назад мне довелось ощутить твое сильное… раздражение.
— Прости, я не хотел.
— Не говори глупости. Как бы там ни было, продолжать дискутировать здесь — верх неосмотрительности. Идем.
— Но у тебя, наверное, скоро опять занятия.
— Нет, только проверка работ. Идем же, пока ты не превратился в ледяную статую!
В голосе Северуса послышались недовольные нотки, и Гарри решил последовать его совету. Так что в подземелья они вернулись вместе. Правда, этого никто не заметил — на Поттере по-прежнему была мантия-невидимка. Он вовсе не хотел, чтобы слизеринцы снова увидели его возле покоев зельевара.
Только оказавшись возле ярко полыхающего камина, Гарри понял, насколько замерз. Пока он стаскивал мантию, руки мелко дрожали, да и зубы от них не отставали, норовя исполнить барабанную дробь.
Когда Поттер все-таки справился с намокшей мантией, оказалось, что Северуса рядом уже и нет. Впрочем, он вскоре появился из лаборатории с дымящимся кубком в руках. Сунув его под самый нос супруга, Снейп велел:
— Выпей. Иначе точно простудишься.
Содержимое кубка вызывало смутные опасения своим угрожающим видом, но Гарри принял его и мужественно выпил. Впрочем, оказалось вовсе не ужасно. Зелье имело насыщенный вкус мяты, от чего по телу прошел холодок, довольно быстро сменившийся волной тепла.
Вернув кубок владельцу, Поттер проговорил:
— Спасибо. Мне гораздо лучше.
— Конечно, — кивнул Северус, словно иначе и быть не могло. — А теперь сядь и расскажи, что же привело тебя в столь… плачевное состояние.
— Мне просто нужно было… подумать.
— В Хогвартсе множество мест для этого, без риска причинить вред собственному здоровью, — фыркнул Снейп, заняв второе кресло у камина.
— Наверное, но так получилось, — стоило отогреться, как Гарри начало клонить в сон.
— Так что же такое сказал Люпин, что настолько вывел тебя из себя?
— Откуда ты знаешь? — вытаращился Поттер, мгновенно забыв о сонливости.
