И вдруг Лука увидел внутри Антона завывшего от отчаяния волка. Душа Максима — волк! А Антон всегда был от Луки закрыт.
— Ты кто? — после некоторого молчания спросил Лука.
— Максим. Ты меня нашел в…
— Почему я сейчас вместо Максима вижу Антона?
— У тебя галлюцинации на почве отравления. Микс лекарств, алкоголя и той тлеющей наркоты, которая дымила в свечах, дал такое сочетание. У меня с собой сейчас нет ничего, чтоб избавить тебя от токсинов, но послушай меня — чем быстрее мы попадем в лабораторию, тем быстрее ты станешь собой. И твоя рана на ноге — не хочу тебя расстраивать, но действия лекарств временное. Это и хорошо, и плохо. Хорошо в том, что скоро ты перестанешь видеть галлюцинации, а плохо — ты не сможешь идти.
Лука задрал штанину на левой ноге и увидел там обычную мужскую волосатую ногу. Он рассмеялся и поднял на Максима глаза. В Луку целился Антон.
— Откуда у тебя пистолет, Антон?
— Иди наверх! — приказал Антон, все так же держа Луку на мушке.
Пошатываясь, Лука поставил ногу на ступеньку. Вспомнил, что здесь недавно стояла бутылка виски, но сейчас лестница была пуста. Оглянулся на Антона — тот все еще целился в него из пистолета. В другой руке у него была аптечка. Лука тяжело вздохнул и пошел наверх.
На двадцатом этаже сделали передышку. На этот раз сидели молча, наблюдая, как сквозь пыльную завесу в воздухе города пробивается рассвет.
— Мечтал ли Антон о Париже, называя себя Антуаном? Или это были мечты Ланы?
— Потерпи, Лука. Скоро все будет хорошо. Я поставлю тебе капельницу, твоя голова прояснится, а нога заживет. Ты найдешь свою подружку и ребенка. Уедешь куда-нибудь в деревню. Знаешь, остатки цивилизации бегут сейчас в деревни. Умудряются где-то найти коров, коз. Люди выживут. А ведь это не первая цивилизация на этой планете. Но человечество каждый раз умудряется все похерить к чертовой матери.
— Наверно, — согласился Лука. — Недавно мне один человек рассказал… ммм, даже не знаю, как это назвать — ему рассказал его знакомый то, что когда-то давно подслушал. Трое друзей, путешествуя по Египту, пришли к выводу, что они со своим изобретением цари этого мира. Но что делать, когда они попадут в мир иной? Там их никто за властителей не посчитает. Вот фараоны хорошо придумали — помер сам, забери с собой в мир иной всех, кто там понадобится, включая жен, наложниц, слуг и лошадей. Вот и они решили короноваться, чтоб быть помазанниками Божьими на земле. А когда первый из них умрет, то случится зомби-апокалипсис, после смерти второго уничтожат остальных зомби, ну а третий заберет с собой остатки людей. Вот такая, казалось бы, дикая история, в которую, тем не менее, поразительно вписывается происходящее.
Антон встал и посмотрел на Луку исподлобья. Волк внутри него озадаченно щерился на него, словно видел нечто крайне необычное.
— А фамилий тот человек не назвал?
— К сожалению, нет. А жаль. Ведь первый умерший — это создатель «умной пыли». Зная его, можно вычислить коллег и попытаться уговорить оставшегося — не убивать все человечество. Ведь кто были наши древние предки? Дикари. Что они там себе под воздействием религий или там наркотиков придумывали — это еще вопрос. И никто не знает, как всё там происходило на самом деле. Никто не вернулся реально с того света и не рассказал. Это мифология. Ведь ты подумай, Антон…
— Максим, — поправил его Максим. — Пойдем. Уже светло как днем, а времени мало.
Лука встал, и вдруг увидел, что в руке Антона не пистолет, а бутылка виски.
— Я в туалет хочу, — хныкнул Лука.
— Потерпи немного. На двадцать четвертом прекрасный туалет в лаборатории. Заодно анализы сдашь, и мы посмотрим, что у тебя в организме живет.
На двадцать четвертом этаже их встретила сплошная бронированная дверь без ручек, замков, сенсорных панелей. Такая сейфовая стена могла выдержать удар с любого переносного оружия, и про взлом можно было даже не думать.
«Такую дверь можно открыть только изнутри, или она запрограммирована для открытия с помощью искусственного интеллекта…» — подумал Лука.
— Как ты собираешься открывать эту дверь? — спросил Антон или Максим, Луке уже было все равно, кто перед ним. Он видел, что в руках Антона бутылка виски.
— Попрошу Яна помочь мне. Вот, гляди… — Лука распахнул пиджак левой рукой, и Антон приблизился к нему.
— Попался! — Лука схватил Антона за горло и приставил к его виску пистолет. — Стучи давай!
— Мне не откроют, — признался Антон.
— Почему?
— Приказ моего отца.
— Так папа сыночка выгнал? А что ты натворил, малыш? Плохо себя вел? Пил виски вместо того, чтобы кушать кашу? Тогда твой папа скажет мне спасибо, если я замажу видеоглазок на этой двери твоими мозгами.
Лука снял пистолет с предохранителя и через секунду со стороны двери раздался щелчок:
— Максимилиан Александрович, полицию вызвать? — голос говорящего был хриплым.
— Труповозку вызывай, килька консервная. А ты, Антон, или Иван, или Максим, на чье имя заказывать панихиду?
— Не надо полицию, Егор. Они не успеют.
Дверь открылась — на пороге стоял человек в белом комбинезоне:
— Ваш отец меня убьет!
Лука прижимая к себе пленника, вошел внутрь.