С этими словами он спрыгнул с балкона и, расправив крылья, взмыл в небо.
А я, догоняя его и удивляясь, что цепочка с Лягурмелой и впрямь не спадает, продолжала кричать:
– Какой замок, я не хочу никуда лететь! А ну, остановись!
И вот уже я старательно машу крыльями среди облаков и мысленно ругаюсь, потому что вообще-то мне и впрямь ужасно хотелось взглянуть на его бывший замок.
Неужели Антрацитовый дворец и впрямь ожил?
Интересно, чайки там подобрели?.. А рыбины в пруду?
Но в любом случае это не повод вот так!..
– Дрейгон! – в который раз окликнула его я, надеясь остановить и развернуть хитрого колдуна.
Воздух уже начал приятно ласкать перья, а утреннее солнце греть клюв и крылья. В несколько взмахов я догнала Хмурю и поравнялась с ним, взглянув в наглый зеленый глаз.
– Полетели домой, или я за себя не ручаюсь.
Ворон улыбнулся, и, клянусь, я поняла это даже несмотря на то, что ни один мускул возле его клюва не дернулся.
У меня потеплело внутри, потому что, если честно, рядом с Дрейгоном я в любом случае чувствовала себя вполне счастливой. И не так уж важно, есть ли на мне перья, чешуя или… одежда.
А когда он накрыл мое крыло своим прямо в полете, словно обнимал или не хотел расставаться, у меня и вовсе отказали последние аргументы. Только один остался:
– Дрейгон! У меня опять будет полный рот мух!
Ворон вдруг хмыкнул в ответ. Затем прибавил скорости, словно приглашал посоревноваться на фоне яркого апельсиново-оранжевого солнца, повернул ко мне голову и, хохоча, бросил:
– А ты их глотай, Мартелла! Глотай!
