Шон подозревал, что непримиримый сенатор Пакстон не является фаворитом Джагера. И все же последний защищал Фрэн Бакли, обвиненную в умысле на убийство нескольких выпущенных на поруки негодяев. Было ли это ради получения информации? Джагер с женой зарабатывали на информации, а кто будет разговорчивее, чем несчастная коза отпущения Пакстона?
Шон поднял голову и увидел, как в конце частной дороги остановилась машина. Джагер. Он повернул налево и выехал на автостраду. Было 7:10 утра. Через несколько минут подъехал Сержио Руссо и скользнул на пассажирское сиденье.
– Рад, что ты позвонил.
– А я – нет, – ответил Шон. – Мне нужен напарник, и только ты можешь мне помочь.
– Даже не знаю, как тебя благодарить.
– Я тебе не доверяю, но Пакстону я не доверяю еще больше. И это еще слабо сказано.
Брайан понял, где прячутся девушки, по машине ФБР без опознавательных знаков, стоявшей перед входом на улице.
Он устал, у него болела голова, но обнаружить эту маленькую церковь – это же знак Божий. Он рассмеялся бы, если б не был так измотан и подавлен.
Брайан убивал не задумываясь. За исключением той соцработницы. Она смотрела на него огромными глазами лани и просила: «Пожалуйста, не надо!»
Из-за нее он психанул. Она заставила его
Он смирился с этим, поскольку, как только она умерла, это больше не имело значения. Выбор сделан. Но прошлым вечером в доме у Бетти…
Он не мог отделаться от мысли о ней.
Бетти была к нему добрее, чем родная мать, она восхищалась его сообразительностью и хорошо делала свое дело. Он хотел дать ей достаточно денег, чтобы она могла уехать из страны. Он уехал бы с ней. И если бы Бетти не была такой жадной, он мог бы уговорить мать согласиться…
Но она запросила миллион долларов. Мать сказала – сто тысяч. Бетти рассмеялась ей в лицо. Большая ошибка. И опять разбираться послали Брайана. Никаких вторых шансов.
Он не хотел пугать ее, не хотел, чтобы она поняла, что он пришел ее убить. Потому Брайан заехал к ней и соврал, что у него депозит на миллион долларов, который просила Бетти. Что он увезет ее в хижину в Западной Вирджинии, которая принадлежит ему, пока все не устаканится.
Пока Бетти собирала вещи, он подошел к ней сзади и толкнул вперед. Треснула кость, она закричала. Когда он схватил с кровати подушку, она поползла прочь.
– Брайан, пожалуйста, не надо!
Он прижал подушку к ее затылку и всадил ей в голову две пули, прежде чем успел передумать. Затем уничтожил все записи, которые нашел, и уехал.
Вот так Бетти получила две пули в голову, а Брайан – угрызения совести. Он не мог выбросить из головы Бетти на полу, испуганную, ползущую от него. Ну почему она не могла быть как все?
Он сказал Нэду:
– Я припаркуюсь за углом. Ты будешь сидеть на остановке автобуса через улицу напротив. Понял? Если кто войдет – немедленно дай мне знать.
– Я все равно думаю, что надо сжечь дом, – произнес Нэд.
– Потому что это так хорошо вышло в прошлый раз? – Брайану хотелось придушить его. – Делай, как я сказал.
Наверное, вид у него был серьезнее обычного, поскольку Нэд промолчал.
Он подождал, пока брат усядется на скамейке, потом покинул машину и обошел квартал. Здесь не было переулка, который облегчил бы подход к зданию, но зато тут был жилой пятиэтажный дом, примыкавший сзади к школе.
В жилом доме средства безопасности были минимальны, и Брайан легко вошел внутрь и поднялся по лестнице на крышу. Замок на двери был сломан – видимо, сюда выходили покурить или подышать свежим воздухом. Видит бог, он не смог бы так жить. Чем дольше он торчал в Вашингтоне, тем больше ему хотелось вернуться на острова. На
