Грейс готов был убить за чашку кофе, но пришлось на время выкинуть эти мысли из головы. Может, во время перерыва удастся раздобыть вожделенный напиток в комнате сотрудников. Рой включил видеозапись, и полицейские официально представились. Затем он указал по очереди на подозреваемого и адвоката.
– Представьтесь, пожалуйста, для записи.
Подозреваемый довольно долго молчал, лишь угрюмо смотрел на Грейса. Заговорит или нет? Наконец в тишине прозвучало:
– Сеймур Родни Дарлинг.
Потом женщина произнесла:
– Дорис Ицхак, из «Лоусон, Льюис, Блэкерс», адвокат мистера Дарлинга.
Грейс продолжил:
– Текущее время – девять часов две минуты, воскресенье, двадцать четвертое апреля. – Он пристально глянул на арестованного. – Напоминаю, мистер Дарлинг, что у вас есть определенные права и обязанности. Я сообщил вам их при аресте, однако повторю предупреждение сейчас.
Дарлинг взглянул на адвоката, та кивнула и объявила:
– Я переговорила со своим клиентом, он готов ответить на
– Хорошо, – сказал Грейс.
– Спасибо, – добавил Батчелор.
– Мистер Дарлинг, где и кем вы работаете? – начал Грейс, внимательно наблюдая за глазами Дарлинга.
Те, помедлив, сместились вправо.
– Я работаю в фирме по поставке оград – рассчитываю стоимость заборов.
– Сколько вы там работаете?
– Чуть больше двух лет. – Вновь взгляд вправо.
Итак, когда Дарлинг говорит правду, его глаза движутся вправо. Если он решит соврать, тогда, скорее всего, неосознанно направит взгляд влево: за ложь и правду отвечают разные части мозга. Конечно, способ не безотказный, однако движения глаз в сочетании с языком тела – хороший ориентир.
Грейс обратился к адвокату:
– Мы довели до вашего сведения, мисс Ицхак, что ваш клиент познакомился с покойной и между ними возник определенный конфликт.
– Я с ней, может, и конфликтовал, но не убивал ее, – заявил Дарлинг.
Глаза смотрели строго вперед, и теперь он скрестил руки – защитная, вызывающая поза.
– Долго ли вы общались с Лорной Беллинг? – вступил Гай Батчелор.
– Пару недель.
– Как вы познакомились? При каких обстоятельствах? В каких вы были отношениях?
– В отношениях? Вы на что намекаете? Я познакомился с ней из-за проклятой машины, по объявлению на «И-бэй»! Хотел купить жене на день рождения «Эм-икс пятую».
– Вам выплатили большую премию на работе? Или вы заключили крупную сделку? – полюбопытствовал Грейс.
– Это имеет отношение к делу? – спросила адвокат.
– Да. Подарок ведь необычный и дорогой, – пояснил Рой.
– Ну, мне на прошлой работе выплатили компенсацию за сокращение, а этот день рождения – особенный, – ответил Дарлинг.
– Жизненная веха? – Грейс сделал беглую пометку в блокноте.
– Можно и так сказать. Это будет последний день рождения жены, у нее финальная стадия рака. Прогноз – четыре-шесть месяцев. Жене всегда нравились маленькие спортивные «Мазды». Я и подумал, знаете, лето впереди, ее последнее лето; она опустит крышу…
– Очень печально, – произнес Грейс.
Батчелор тоже сочувственно кивнул, выдержал паузу и попросил:
– Расскажите, пожалуйста, подробно о ваших контактах с миссис Беллинг.
– Я искал машину на разных сайтах – жена хотела красную. На «И-бэй» я увидел объявление миссис Беллинг и договорился о просмотре.
– Вы на него ходили? – задал вопрос Рой.
– Да.
– Когда?
Движения глаз свидетельствовали о том, что Дарлинг говорит правду.
– Недели две назад.
– Где состоялась встреча?
– На улице перед домом миссис Беллинг.
Детективы переглянулись.
– По какому адресу? – спросил Батчелор.
– Многоквартирный дом Валланс-Мэншнз. Напротив спорткомплекса Короля Альфреда.
Грейс записал: «1. Ранее знаком не был. 2. Позвонил. 3. Встретился. 4. Почему там?»
– Расскажите, пожалуйста, о встрече подробно, – попросил Батчелор.
– Миссис Беллинг показалась мне прямой и честной. Машина выглядела прекрасно – даже лучше, чем описано в объявлении. Наверное, тогда-то я и должен был просечь…
– Просечь? – уточнил Батчелор.
– Что меня облапошат.
– Давайте вернемся к встрече, пожалуйста. Расскажите, как все было.
– Мы сделали пробную поездку на машине. Она мне сильно понравилась, хотя я не мог заплатить больше, чем две восемьсот. Мне предложили кредит, но под грабительские проценты. Миссис Беллинг выставила машину за три пятьсот, только кто ж платит запрашиваемую цену, правильно?
Детективы промолчали.
– Короче, я сказал, что больше двух восьмисот не дам, а она ответила, что ей нужно продать по-быстрому, и согласилась. Решили, что я плачу на «И-бэй» через «Пэйпал»: так скомандовала миссис Беллинг. Я бы с удовольствием дал ей наличные, но она хотела «Пэйпал». Теперь-то понятно, почему. Да-а, не учуял я подвоха… – Дарлинг издал горький смешок.
– Подвоха? – спросил Батчелор.
Арестованный глянул на адвоката, та ободряюще кивнула.
– Вы когда-нибудь покупали подержанную машину, детектив? Или в полиции такие зарплаты, что вы только на новых ездите?
– Если бы, – ответил Батчелор.
И Дарлинг, и адвокат мимолетно улыбнулись.
