Хворост и пончики не заинтересовали, а вот печение-чипсы Марина решила попробовать, потому что русского аналога этому угощению она не знала. Действительно интересный и необычный вкус. И не слишком приторно.
Для Марины это был идеальный день с первой и до последней минуты. Такого яркого и беззаботного праздника, пожалуй, раньше никогда не было в ее жизни.
Утром 14 февраля, на тумбочке у кровати Марина обнаружила маленькую коробочку с дорогими французскими духами. Если честно, она сама намекнула Андреа, что ей нравится такой запах, когда они во время прогулки заходили в парфюмерный магазин.
Для своего мужчины Марина тоже приготовила подарок. Как дама хозяйственная и в меру прагматичная, она пару дней назад купила для Андреа нежно голубую льняную рубашку. В ее представлении именно такая рубашка особенно подчеркивала сексуальность мужчины.
Через несколько минут, обменявшись подарками и страстными поцелуями, они пили кофе в кухне Андреа. Марина сидела между столом и холодильником у стеночки, на своем коронном месте.
А через несколько дней ей надо было возвращаться домой, заканчивалась шенгенская виза. Предстояло делать новую, на следующие два года.
Пользуясь вынужденным перерывом в отношениях с Андреа, Марина решила немного поработать – деньги никогда не бывают лишними, и взялась за интересный объект, который теоретически можно было продать за месяц, получив приличные комиссионные.
Надо же такому случиться, что именно в это время Андреа тяжело загрипповал, и стал писать Марине трогательные смс-ки, что у него высокая температура и некому о нем позаботится.
– Твои дочки, – беспокоилась Марина в ответном сообщении, – они могут купить тебе лекарства и продукты?
– Они по очереди приходят вечером после занятий на полчаса, а я целый день лежу дома один, – нагнетал обстановку Андреа.
– Но я сейчас никак не могу приехать, – оправдывалась Марина, – у меня виза не готова, и объект в стадии завершения сделки. Пожалуйста, потерпи без меня еще пару недель, я обязательно приеду и за тобой поухаживаю.
– Ты думаешь я смогу проболеть еще две недели? К тому времени я буду уже здоровым. Нет! Мне нужно сейчас! Мне сейчас очень плохо! – капризничал Андреа.
– Ну, я правда, не знаю, что делать… – переживала Марина.
Через два дня при ответе на вопрос, как он там один справляется с болезнью, голос Андреа в телефоне был уже довольно бодрым.
– Я справляюсь! И я не один!
– А кто у тебя? – встревожилась Марина.
– Потом как-нибудь расскажу, – добродушно ответил Андреа.
Прошло еще какое-то время.
– Я могу приехать через пару недель! – пообещала Марина.
– Смотри, как тебе удобнее. Я сейчас очень занят на работе. И не исключено, что поеду в командировку в Турин. Смогу быть с тобой только в выходные. И погода у нас сейчас противная, все время дожди. Приезжай, когда как следует потеплеет!
Двухлетняя виза Шенген уже давно была готова, а вот сделка по объекту, как назло, затянулась надолго. И Марина вынуждена была оставаться в Санкт-Петербурге. Боясь потерять любимого мужчину, она решила хотя бы на недельку слетать в Италию, и ей очень повезло –разжилась дешевыми билетами.
Андреа, как обычно, встретил ее в аэропорту. Лицо его излучало радость, он нежно обнял Марину и прошептал на ушко:
– Наш дом заждался свою хозяйку, как же долго тебя не было!
– Прости, в этот раз я всего на недельку, но потом съезжу домой и опять к тебе вернусь.
– Навсегда? – уточнил Андреа.
– На сколько визы хватит, на пару месяцев. Потом перерыв. Потом еще на месяц. А летом ты ко мне приедешь. Знаешь, как красиво в Санкт-Петербурге в белые ночи!
– Догадываюсь.
Потом они, как и в прежние ее визиты, ужинали на кухне Андреа. Ели вкуснющие артишоки в кляре, и Марина опять уютно сидела на своем любимом месте между столом и холодильником. Как же мил ей был этот дом и этот по-настоящему домашняя умиротворенная обстановка. И особенно то, что Андреа купил ее любимое шампанское «Вдова Клико», сегодня же праздник их встречи, и, как всегда, налил всего полбокала. И потом сразу бутылку убрал в холодильник.
Вечером, когда Марина умывалась перед сном, она обнаружила на полочке в ванной коричневую тушь.
– А что за женщина, оставила здесь свою тушь? Блондинка? – простодушно спросила она, еще не понимая, а хочет ли и в самом деле знать ответ на свой вопрос.
– Твоя, наверное, оставила в прошлый раз, – вполне спокойно отреагировал Андреа.
– Никогда в жизни не пользовалась коричневой тушью. Лет тридцать назад один раз покупала темно-синюю, не подошла.
– Не знаю, может быть, из дочек оставил кто.
– Может быть, – неохотно приняла эту версию Марина.
Вечером, когда они сидели на диване, обнявшись перед телевизором, их беседа зашла в какое-то странное русло.
– Нам очень сложно будет продолжать отношения, если ты не сможешь находиться рядом со мной постоянно. Почти невозможно.
– Почему?
