Унесённые «Призраком» полностью

– Мы обречены, нам неоткуда ждать помощи, – шептала она. – Что я могу сделать? Я всего лишь девушка! Как я скажу людям, которые из последних сил держат оборону, что сегодня мы все умрем?!

– Прекрати! – Его сильные руки сжали ее плечи, а потом встряхнули. – Что ты предлагаешь? Сдаться? Молить врага о милосердии? Но он не знает пощады, Линниэль. Если мы сложим оружие, у нас не останется даже надежды.

Она еле слышно всхлипнула, и тогда он приподнял ей голову за подбородок и тихо, но внятно проговорил:

– Сколько я тебя знаю, ты никогда не боялась трудностей и смело смотрела в лицо своим страхам. Никто из нас не питает иллюзий, но… иногда от силы и выдержки одного человека зависит судьба остальных. Сломается один – сломаются и другие. Помни об этом.

Повисла тишина, нарушаемая лишь треском огня в факелах… или отдаленным рокотом приближающейся грозы. Роберт перевел взгляд на окно, за которым сверкнула молния.

– Началось, – негромко сказал он.

Мэри дернулась, словно очнувшись от внезапного сна, и уставилась на него так, как будто впервые увидела.

– Что?

Капитан молча подал ей руку и помог встать, а потом, подойдя к окну, распахнул его. Влажный, прохладный ветер ворвался внутрь и погасил свечи. Мэри почти на ощупь пересекла каюту и встала рядом с братом, любуясь бело-голубыми вспышками, мелькающими среди туч.

Мы всегда доверяли друг другу самые сокровенные тайны. Всегда поддерживали и защищали друг друга… как брат и сестра.

Она нашла в темноте ладонь Роберта, тихонько сжала ее и улыбнулась, ощутив бережное пожатие в ответ.

– Ты был прав. Обещаю, больше такого не повторится.

Внезапно небо взорвалось таким грохотом, словно где-то там, в вышине сошлись неприятельские корабли и разом открыли стрельбу из всех пушек. А следом кромешную тьму прорезала ослепительная молния, отразившаяся от поверхности океана. Свет ее обрисовал и бескрайнее водное пространство и темные облака над ним с такой потрясающей четкостью, что Мэри ахнула от восхищения.

– Это прекрасно! Божественно! – воскликнула она, жадно вдыхая свежий, пахнущий солью воздух. На мгновение Роберту показалось, будто его сестра впитывает в себя зарождающуюся грозу, наполняется ее живительной силой.

«И хорошо: силы ей пригодятся»

С гулким стуком на «Призрак» обрушился ливень, и очередной порыв ветра плеснул в них целую пригоршню брызг. Мэри с визгом отпрыгнула и рассмеялась, а капитан успел захлопнуть окно, прежде чем они оба промокли насквозь. Затем он вернулся к столу, вновь зажег свечи и налил себе еще немного вина.

– Мэри, я не стану ничего выпытывать у тебя против воли, – проговорил Роберт, – но если ты решишь довериться мне, обещаю, что все сказанное останется между нами. И я постараюсь помочь тебе – если смогу.

Девушка задумчиво оглядела каюту, чуть задержалась на синих атласных занавесях, скрывавших капитанское ложе, и с трудом удержала улыбку, вспоминая, как они с Кейт сидели там, боясь сделать лишний вдох. Казалось, это было так давно… а ведь прошло всего полтора месяца. Возможно, для влюбленных время течет совершенно иначе?

– Я верю, что ты выполнишь обещание, Роберт, – сказала она, опускаясь в кресло и закутываясь в предложенный братом плед. – Но помочь мне, увы, невозможно, как невозможно заставить кого-то полюбить…

Для Стейна дружба и любовь всегда были неразрывно связаны с двумя вещами: уважением и свободным выбором. Свою жену он уважал за стремление к знаниям, доброе сердце и независимый нрав, из-за чего любовь его к ней день ото дня становилась сильнее. Суждения и поступки Роберта тоже вызывали уважение, поэтому Стейн был счастлив сделаться его близким другом. То же касалось неугомонной Кэтрин Маккейн, а также мистера Осборна, пылко и преданно любившего свою жену и всегда готового прийти на помощь. А вот к Пелисье, несмотря на все его подобострастие, Стейн не испытывал ни капли уважения и потому на дух его не выносил.