Рассказ о пленниках в параллельном измерении
У нас нет готового понятия дракона,
так же как нет готового понятия Вселенной.
Х.Л. Борхес
- Есть во вселенной места, о которых нам лучше не знать, - повторял мне сосед, словно было не ясно, что он имеет в виду.
Бледный свет лился откуда-то сверху, застывая на прутьях клеток. Стон и плач, утихая, возвращались вновь. Ведьма, перемещаясь вокруг Картотеки, выбирала новую жертву.
- Думаешь, кто? - тот, с кем я говорил, находился в тени. Я лишь изредка ловил на себе задумчивый, тусклый взгляд, предпочитая не смотреть в дальний угол с неподвижной фигурой.
- Не знаю, - сказал я, помедлив. - Это важно?
- Не важно, - ответил сосед. - Но любопытно.
Выбор пал на плаксивого г'нара, чьё непрерывное хлюпанье не давало нам спать.
- Мне известно, кто ты и откуда явился, - сказала Унг-р, обратившись к нему. - Твой мир - у меня на ладони. Вижу белые города, вижу ветви н'гуана, отягощенные сочными м'блюками. Вижу племя твоё в синем пламени звёзд, пронизавших пространство, - племя г'наров, живущих под светом трёх Солнц, вижу все их деяния, гляжу в их нутро...
Унг-р умолкла на миг.
- Ты отправишься в копи Кулд'хара, где тебя заключат в Красный кокон.
Страшный вопль пронзил тишину.
- Пожалей! - взмолился приговорённый г'нар, заломив восемь рук в беспросветном отчаянии.
- Жалость! - усмехнулась Унг-р. - Что есть жалость?
- Маньячка, - послышалось у меня за спиной.
Унг-р вернула дескрипт в Картотеку, что-то щёлкнуло в воздухе, - и г'нар провалился в Зелёную яму.
- Несчастный, - сказал сосед; крики г'нара ещё доносились из ямы. Ведьма вновь закружила, подыскивая кандидатуру. - Г'нары чувствуют боль как никто в этой области мира.
- Откуда вам знать?
- Я многое знаю, - ответил голос.
Пытка длилась и длилась. Происходило одно и то же: в сумрак Казнилища проникал свет, по каменному столбу спускалась какая-то сущность, внушавшая трепет и ужас. В основании колонны покоилась глыба; то ли камень, то ли металл её был испещрён отверстиями, где хранились дощечки, по которым Унг-р читала летопись далёких миров и судьбу обречённых, прибывших оттуда.
- Сколько иронии в слове "явился", - заметил сосед.
- Скорее жалости, - сказал я ему.
- Это кто там?! - крикнула Унг-р, и мы оба притихли.
- Приятно, что мы с вами нашли общий язык, - шепнул мне сосед. - И встретим конец как подобает мыслящим существам.
Длинной двупалой конечностью он указал в сторону клетки, стоявшей напротив, где томился в неволе малютка ыыш. Забившись в угол, он трясся, как безумный, вращая огромными глазами. Причиной тому был тот, кого поместили в соседнюю клетку: щупальца гулюлюна, заплетаясь в кольца, тянулись к нему снова и снова.
- Ну, болтуньи, - продолжила Унг-р, - кому не терпится на свободу?
- Мне, - сказали с противоположного конца темницы, и взгляды устремились к строгой, величественной фигуре гурана.
- О! - изумился сосед. - Вот это уже интересно. Не думал, что он вступит в беседу.
- В чём дело?
- Гураны - мудрые, гордые существа, - ответили тут же. - Их волю не сломишь. Они - аристократы галактики.
- И её же дерьмо, - добавила Унг-р. - Когда пала Эндара, кто первый призвал на блаженную землю плутов и изменников? Кто пел бестолковые песни, смущая курунов?
- Мы стали свободней, - ответил гуран, тряхнув роскошными, огненно-красными крыльями. Когти на мощных, пружинистых лапах скреблись о каменный пол.
- Свободней! - воскликнула Унг-р. - Погоди у меня. Я до тебя доберусь.
- А что вам мешает сделать это сейчас? - удивился гуран.
- Тебя я оставила на десерт.
Ведьма говорила, не переставая, то бубня, то шипя и свистя, переходя на крик и умолкая внезапно, коверкая каждое слово, как бы глумясь над никчёмностью речи в стенах Казнилища. Странно, но я понимал этот бред - её дикий язык, будто то, что она собиралась сказать, проникало мне в мозг в обработанном виде, как и речь заключённых - тех, кого я видел поблизости. Иногда мне казалось, что ведьма меняет облик - я видел старое, сморщенное лицо с крючковатым носом и бородавкой на подбородке. На голове маячила остроконечная шляпа, а из рукавов обтрёпанной хламиды выглядывали жёлтые, худые ладони. Я закрывал глаза и считал до трёх - и тогда она вновь представлялась как нечто бесформенное... Однако всё повторялось.
- Как думаешь, что ему будет? - голос соседа стал ближе, но я, по-прежнему, не оборачивался.
- Мне всё равно.
- Почему?
- Всё равно это смерть.
Сосед умолк на мгновение.
- Мы равнодушны к тому, что важнее всего.
Услышав это, я хотел было обернуться, но удержался.
- Миры бесконечны - и каждому Унг-р подбирает СВОЁ наказание...
- Что, если всё-таки рассмотреть меня в качестве основного блюда? - продолжал огнекрылый гуран, ероша узористые перья огромным клювом.
- Не гунди, - отрезала Унг-р. - Чего ты там ищешь? Блох?
Она посмеялась, разинув рот с парой гнилых зубов, и о чём-то задумалась.
- Можешь не волноваться: они тут не выживут.
- Вам виднее.
Она помрачнела.
- Помолчи, дай подумать.
- Окей.
Меня воротило от их разговоров. Я хотел, чтобы это ушло.
