Метатрон не знал, что и думать. Он никак не мог прийти в себя. Его расстроило исчезновение Уники, но точно так же обрадовало появление младенцев. Он в волнении подошел к ним. Осторожно, с огромной нежностью, взял их на руки и прижал к себе. И с удивлением понял, что это мальчик и девочка.
— Смотри! — сказал Нишида Езоду. — У мальчика синие глаза, а у девочки — фиолетовые!
Езод улыбнулся. Он вспомнил глаза Уники. Они были удивительного, сине-фиолетового цвета. Они содержали в себе жизненную силу и энергию двух цветов.
Метатрон услышал этот возглас и резко поднял голову. Он рассердился, но не мог ничего поделать — только обнимать двух крошечных существ, которые вертелись у него на руках, словно предвкушая радости жизни.
— Можете превратиться обратно. Вы и так достаточно натворили, — сказал он сухим тоном. Однако поймал себя на мысли, что на их месте поступил бы точно так же.
Сверчок и божья коровка полетели на свет. Метатрон выглядел счастливым и заботливым отцом, и им казалось, что своим присутствием они ему мешают.
— Теперь мы с вами заодно. С сегодняшнего дня жизнь двух этих малышей — в наших с вами руках. Вы поможете мне вырастить и защитить их. Мы по достоинству отблагодарим Унику, заботясь о них и любя их так же сильно, как любили ее… Потому что они — это и есть наша Уника!
Езод и Нишида, уже принявшие свой привычный вид, выглядели подавленными и растерянными. На их лицах было написано смирение.
— Их будут звать Унико и Уника. Для всех остальных у нас такая новость: сегодня Пламя Жизни создало двух новых ангелов. Никто не должен узнать, что эти двое — результат Раздвоения и Перерождения. Это тайна, которую мы будем хранить. Только мы. В будущем мы увидим, нужно ли сообщать жителям Сефиры, что эти двое — хранители двух Главных Сущностей.
Метатрон потянулся к Езоду и отдал ему одного из новорожденных, мальчика.
— Ваша задача теперь — перенести его в мир людей. А именно, в Мэпл-таун. Оставьте его у двери дома десять по улице Сеттембре. Там живут хорошие люди. — Метатрон погладил мальчика по щеке. — Мы будем все время наблюдать за ним из Окна в Мир, будем смотреть, как он растет. А вы будете его ангелами-хранителями.
Потом он посмотрел на девочку и с нежностью в голосе сказал:
— А ты останешься со мной. И мой дом станет твоим домом.
Тем временем на Мэпл-таун спустилась ночь.
Свет с улицы, мягкий и оранжеватый, ложился на кирпичные стены, и они, казалось, отражали его, делая чуть более темным. Снег падал хлопьями, как вата, и все вокруг казалось сказочно прекрасным. Стеклянная дверь в гостиной вела в полутемную комнату, освещаемую только слабыми отблесками камина; снаружи все казалось спокойным; дом был погружен в тишину глубокого ночного сна.
На самом деле в доме никто не спал: вечер выдался тяжелым. Крейг со всей возможной ясностью изложил свою невероятную теорию. Он ответил на все вопросы ребят. Он не вступал в спор, показывая тем самым свою полную уверенность и контроль над ситуацией. Когда он заметил, что слушатели устали, он закончил, подведя итог всему случившемуся. Фраза про ангела была завершающим аккордом.
— Ребята, это правда так, — убежденно повторил он. — Вероятность того, что один из вас владеет Пламенем Жизни, невероятно высока. Может быть, ангел зла смог найти его, как я смог найти вас троих. Если это так, в ближайшее время он постарается завладеть этой Сущностью. Я также уверен, что добрые ангелы не будут сидеть сложа руки. Я прекрасно понимаю, что все это звучит бредово, и понимаю ваше замешательство. На вашем месте я бы чувствовал себя точно так же. Так или иначе, скоро мы узнаем, прав я или нет. На кону абсолютная власть, неограниченные силы — они не станут терять время. А нам не остается ничего, кроме как… ждать.
Что ж, нам всем пора отдохнуть. Ева, ты можешь лечь в моей комнате, я буду спать на диване внизу. Вы двое устраивайтесь в комнате для гостей, на втором этаже. Там две удобные кровати. Если я понадоблюсь, зовите.
Спустя пятнадцать минут рыжеволосая Ева лежала на кровати, глядя на то, как пляшут ночные тени по потолку и стенам.
Мысль о том, что она, возможно, не человек, не давала ей покоя. Эмоции захлестывали ее с головой, заставляя раз за разом вспоминать события прошлого. Но у нее не получалось найти никакой логической связи, никакого доказательства — ничего, что могло бы подтвердить ее предположение. Она словно плыла по течению и чего-то ждала. Время от времени она принималась плакать.
Крейг лежал на диване в гостиной. Весь вечер он скрывал страшное волнение, вызванное сознанием того, что он был рядом с ангелом. Оно было настолько сильным, что мысли его мешались. Даже вопрос — кто из них? — не казался ему сейчас достойным внимания. Он думал о будущем и постоянно спрашивал себя: что же дальше?
Он намеренно скрыл от ребят опасность, которая им угрожала. Но в глубине души точно знал: злые силы разрушат все, что встанет на их пути.
Тишина в комнате гостей неожиданно нарушилась.
