Крейг Вальден был очарован удлиненной формой минерала и его переливчатым — от фиолетового к желтому — цветом.
Ход довольно улыбнулся, но не преминул предупредить:
— Этот талисман тебе очень поможет, но никогда не забывай, что знания — благо только в том случае, если они помогают не только тебе, но и другому.
Все задумались над этими словами, и тут Ева повернулась к Заку.
— Мы забыли про Джо! Он коллекционирует минералы, мы не можем оставить его без талисмана. Никто не знает его лучше нас: я уверена, мы сможем безошибочно что-нибудь ему подобрать.
Она умоляюще взглянула на Нишиду, и тот одобрительно кивнул в ответ.
— Прекрасная идея. Подумайте об Унико и перешлите камням те чувства, которые вы испытываете к нему.
Три человека последовали его совету.
Ева представила добрую улыбку Джо и поддержку, которую она всегда получала от него в тяжелую минуту. Зак вспомнил о внутренней силе, искренности и чистоте своего друга, Крейг Вальден — глубину его взгляда, так поразившую его при первой встрече.
Один-единственный камень одновременно привлек всеобщее внимание.
— Пирит, элемент, связанный с землей, он символизирует дуализм.
Слова Хода почему-то очень взволновали Нишиду: он даже побледнел.
— Что такое дуализм? — спросила Ева.
— Это означает, что существует два начала, которые составляют единое целое. Например — тесная связь между Солнцем и Землей. Без солнца Земля бы существовала во тьме. Без Земли Солнце не смогло бы увидеть, как меняются времена года и как рождается жизнь. Пирит объединяет в себе два начала: мужское и женское, он подсознательно дает нам знать о том, что где-то во вселенной есть наша половинка, и когда мы встречаем ее, он подталкивает нас к ней и связывает навсегда. Только так мы можем стать единым целым, и не простой суммой двух чисел, а единством тела и души.
Ход глянул на камень и тот, проплыв по воздуху, опустился в руки Еве.
— Передай его своему другу и скажи, что, если с силой чиркнуть его о другой камень, можно высечь искры… и развести пламя.
Нишида вздохнул, поймав пристальный взгляд Хода и, покл онившись, повел людей к выходу.
Езод ни на миг не упускал из поля зрения двух молодых ангелов. Метатрон поручил присматривать за ними, и дракон, сделавшись невидимым, тихо следовал всюду, куда они ни направились. Езод видел все: уроки полета, храбрость Унико, тайный визит на Гору. Метатрон тоже был в курсе происходящего.
Все было так, как он и предсказывал. Уника попробовала испытать на себе холод Неприступной Горы и поняла, что их связь с Унико очень глубока и необычна. Теперь она знает, что от нее что-то скрывали. Она научилась скрывать свои эмоции, теперь заглянуть в ее мысли не удастся. Да и не нужно: Уника взрослеет, у нее доброе сердце и чуткий ум. Она все сделает правильно.
— Метатрон…
— Да, Езод…
— Есть еще кое-что, о чем мы должны поговорить.
— Говори, друг мой.
— Весеннее равноденствие.
— Ты прав… мы должны подумать о Турнире.
— Будет ли уместно организовать его и в этом году? — спросил Езод. — Беспорядок, который творится вокруг Турнира, может увеличить опасность атаки.
— Ты считаешь, что мы должны отменить событие?
— Нет, мы не имеем права выказывать слабость перед Офидиэлем. Я думаю, мы должны будем принять меры предосторожности, держать все под охраной, но турнир должен состояться.
— Ты ведь помнишь, кто должен участвовать в Весеннем Турнире в этом году?
— Конечно. Я помню и о цене, которую придется заплатить.
Метатрон не ответил, и Езод тоже молчал, не прерывая его размышлений. Потом он снова заговорил:
— Мы будем постоянно наблюдать за Уникой и Унико. Мы защитим их. Мы сделаем все, чтобы ничто плохое не смогло случиться с ними. Я лично возьму на себя заботу о них. Вот тебе мое слово, Метатрон.
— Спасибо, Езод. Твоя помощь бесценна. Ты прав: Весенний Турнир должен состояться. Но, прежде мне нужно поговорить с Унико.
Метатрон и Езод закончили телепатическое общение, как только в небе показались подлетающие к башне Унико и Уника. Метатрон не мог сдержать волнения, охватывавшего его всякий раз, когда он видел их вместе. Они так напоминали существо, давшее им жизнь, и все же обладали яркой индивидуальностью.
Как только они коснулись земли, Метатрон подошел и обнял девушку.
— Уника, беспокойная моя девочка… — Он поцеловал ее в лоб. — Будь терпеливее и верь нам. Наша любовь оберегает тебя.
Он сжимал ее в объятиях до тех пор, пока ее напряженное тело не расслабилось. Она прильнула к груди своего покровителя.
— Теперь тебе нужно отдохнуть, а мне — поговорить с Унико. — Он погладил ее по щеке.
Уника обожала Метатрона. Он был для нее наставником, отцом, другом — и поддержкой в любую минуту. Все ее сомнения растаяли. Она заговорщически подмигнула Унико и отправилась в свою комнату.
Унико смотрел ей вслед. В этот момент он испытал другие, новые и сильные эмоции: боль, вызванная ее уходом, смешалась с приятным сознанием того, что душа девушки была с ним всегда, везде, даже на расстоянии.
