Она не опоздала. Наоборот, собралась на пятнадцать минут раньше. Эти последние минуты перед выходом всегда были для Ниа самыми мучительными. Ты ещё не там, но уже не здесь. Она положила в сумку зеркальце, расчёску, резинку, какие-то мелочи. Потом зачем-то сунула туда пачку печенья, оставшуюся в хлебнице. На столе лежали вишнёвые конфетки, Ниа начала машинально запихивать их в карманы куртки. А когда они стали смешно топорщиться, переложила несколько штук в карманы юбки.
Всё, пора.
Она взяла сумку, ключи, закрыла дверь, и тут из своей комнаты вышла Ливора. Мятый халат, волосы, спутанные бессонной ночью, покрасневшие глаза.
— Передай ему, что я его люблю, — хрипло выговорила девушка.
— Хорошо, — Ниа медленно прошла мимо Ливоры. В какой-то момент ей показалось, что сейчас она всё бросит и никуда не поедет, но тут перед глазами встало лицо Эридана, когда она уходила. Наверное, такое же лицо будет у него, если она не приедет.
Ниа побежала к лестнице.
Профессор Сатабиша уже сидел в машине, Солус рассматривал большую карту. Увидев Ниа, он сложил карту и бросил на сиденье.
— Доброе утро, — тихо сказала девушка.
— Доброе утро, — улыбнулся Хидори. Солус просто кивнул.
— Пусть это будет у вас, — сказал он, — протягивая ей небольшую пластиковую коробку. Сквозь полупрозрачную крышку виднелись пузырьки с таблетками, ампулы и пара одноразовых шприцев.
— Зачем это?
— Для профессора, — коротко ответил Солус.
— Он заболел? — испугалась Ниа.
— Ему восемьдесят семь, и у него больное сердце.
Ниа осторожно взяла лекарства и села на заднее сиденье рядом с Хидори.
В голове всё перемешалось: Ливора, Эридан, профессор Сатабиша. Она не знала, за кого больше волноваться. Профессор всегда казался полным сил, Ниа думала, что ему около семидесяти пяти… Ниа украдкой взглянула на Хидори. Тот откинулся на сиденье и погрузился в себя. В другой раз он бы обязательно побеседовал с Ниа, но сейчас все его мысли были заняты предстоящим разговором с Эриданом. Солус, как обычно, молчал. Зеркальце было повёрнуто так, чтобы видеть лицо Хидори.
Ниа вдруг почувствовала себя лишней. Профессора Сатабиша, Солуса и Эридана связывали долгие отношения. А она находилась в этой машине только потому, что оказалась похожа на сестру Эридана. Даже ему Ниа была не нужна.
Она надела капюшон и прислонилась к окну, за которым мелькал знакомый пейзаж. Машина неслась по освободившемуся от снега шоссе, и девушка задремала.
Когда она открыла глаза, солнце уже стояло высоко. Ниа сжала в руках коробку: а если бы она уронила лекарства? Прогнав сон, Ниа посмотрела в окно. Они ехали по какому-то городу.
— Я позволил себе достать из твоей сумки пропуск, когда мы проезжали через границу, — сказал профессор Сатабиша. — Я положил его обратно, — добавил он с лёгкой улыбкой.
— Извините, я, кажется, задремала, — Ниа смущённо потупилась. Это «задремала» продолжалось, наверное, несколько часов.
— Нам ещё долго ехать, — проговорил Хидори не то с печалью, не то с радостью.
Город сменился пустынными полями, потом был ещё один город и снова поля. Приближаясь к очередному населённому пункту, Солус снова посмотрел на карту. Скоро вокруг них выросли высокие здания, яркие светофоры, мосты. Солус вёл машину медленно, постоянно сверяясь с планом города. Ниа почувствовала, как сильнее стало биться сердце. На лице профессора Сатабиша застыла обычная мягкая улыбка.
Около четырёхэтажного кирпичного дома машина остановилась.
— Мы приехали, — произнёс Солус.
— Выходить? — жалобно спросила Ниа.
— Да.
Он помог профессору, и они вместе поднялись по лестнице. Солус позвонил. Дверь открыл Тоби и молча проводил их в одну из комнат.
Тут на пороге появился Эридан. На нём были простые брюки из коричневого вельвета и тонкая бежевая рубашка. Он стремительно подошёл к Хидори и осторожно обнял его. Они стояли так несколько минут, потом Эридан обнял Солуса. Отпустив друга, он быстро посмотрел на Ниа, и в его взгляде она увидела страх. Во рту стало горько. Ниа поняла, чего он боялся. Боялся всё время с момента их встречи. Что ему просто показалось, и у этой девушки нет ничего общего с его сестрой.
Страх в глазах сменился болью. Потом всё затопило слепое обожание. Он не обнял её и не произнёс ни слова, просто смотрел. С каждой минутой Ниа становилось тяжелее выносить его взгляд. Ещё немного — и она бы спряталась за профессора Альгеди.
— Эридан, — тихо позвал Солус.
Ниа повернулась и увидела искажённое жалостью лицо профессора Сатабиша. Теперь он знал, сколько стоила эта встреча.
— Прости, — легко сказал Эридан, повернувшись на носках. — Сол, побудь здесь с Ниа, а мы с профессором пока поговорим.
Он взял Хидори под руку и повёл в другую комнату.
— Простите за столь скромную обстановку, — Эридан показал на старую дешёвую мебель.
— Я приехал не ради этого, — мягко произнёс профессор.
Эридан улыбнулся немного нервно.
— Хотел сначала отдать тебе одну вещь, — Хидори достал из кармана плаща серебристый блокнот. — Я вписал туда слова из языка Аин, которые появились в нём за последние два года.
