- Что мне еще сделать, Монгрен? - Роррей улыбнулся - Я тебя три года, как положено, гонял. Мне это было вообще не к лицу. Всюду ты на меня натыкалась. И я готов спасать тебя от всех хоть всю жизнь.
- Расскажи мне, зачем ты на подоконнике моем сидел - с замирающим сердцем тут же ответила я, и уставилась на него во все глаза.
- Вот прямо все нужно вслух произнести? - пробурчал Эльмар, и потрепал мне волосы - Ну а зачем, по-твоему, мне было там торчать столько ночей напролет? Я... перепугался.
- Сильно?
- Сильно - Эльмар прикрыл глаза - Наверное, сильнее в жизни пугаться мне тогда еще не приходилось. Ты не приходила в себя несколько суток. Молола всякую ересь, блуждала глазами странно. В первую ночь я тебя даже на руки брал, чтоб жар снять. Ты как печь была. Смеялась, плакала, пела... Я чуть не свихнулся. И магистра не прищучить, у нас же тут же бы сказали, что это ты в отместку подстроила. Пришлось перетерпеть. Ну и подпаивал тебя укрепителями, пока мавка твоя дрыхла.
Я открыла рот и молча на него пялилась. Прям как он рассказывал, там, на плацу.
- Что? - насупился Эльмар, и свел грозно брови - Желаешь сейчас ляпнуть какую-нибудь гадость в ответ?
Я потрясла молча головой.
- Какие уж тут гадости? Я при виде тебя в свое время в дверь врезалась. Ослепил! - я улыбнулась невольно, поглядев, как Роррей закатил глаза.
- Поэтому ты от меня бегаешь все время? Когда про 'Мушку' вспомнила - так просто чуть ли не в воздух испарялась.
Поерзав беззаботно на рорревских коленках, я потерлась носом об его наряд.
- Ты вот сам-то себя послушай. Чего это я, в самом деле, бегала от тебя, ну да? Наверное, не от чего было, не ты надо мной измывался всячески? Что это за симпатии такие, когда девице волосы выкрашивают, и запирают всюду? Нет, что ухаживать красиво... А уж после 'Мушки'!
Эльмарово лицо приняло такое выражение, что сразу стало ясно, что я всенепременно и точно дура, раз таких простых вещей понять не могу.
- Это ты, Монгрен, себя послушай. Даже без учета обливаний тебя приворотными. Тебе ли не четырнадцать годов было, когда тебя в Виселицы упекли, нет?
Я гордо тряхнула волосами.
- Почти пятнадцать!
- Угу, почти - Роррей наморщим смешно нос - А выглядела ты на полные двенадцать! Я, по-твоему, кто, развратитель малолетних? Ухаживать!
Я открыла было рот в возмущении, но Роррей только рукой махнул у меня перед носом.
- Нет уж, изволь дослушать! Иду я, значит, по коридору. Третий курс, выше ростом не то, что сокурсников - почти всех преподавателей. И тут выкатывается мне навстречу... одни глаза и две мышиные косицы! И рот до ушей!
Я зарычала тихонько, но он только фыркнул.
- А гонять тебя было необходимо, потому что это Виселицы. Чем быстрее ты обретала способность хорошо слышать, быстро бегать и не рыдать попусту, тем легче тебе тут жилось. Лучше уж я, чем кто-то еще.
- Так ты меня уж слишком усердно запугал, господин староста! - буркнула я, хотя в свете этого рассказа очень многое в моей голове встало на какое-то правильное место.
Жизнь Виселицах была не сахар. Но я никогда...не страдала. Да, нас гоняют, как проклятых. Да, мы бесправны и лишены почти всего. Но я никогда не ощущала себя...обреченной тут. А ведь не раз и не два в Виселицах первокурсники пытались покончить с собой, не выдерживая с самого начала.
А меня сия стезя...миновала? Потому что вместо того, чтоб рыдать над загубленной судьбиной и оплакивать свои права и свободы, я денно и ношно измышляла способы удачного бегства от настойчивой неприязни Эльмара Роррея, которая преследовала меня в этих стенах едва не с первого дня.
И, что показательно. Никто из адептов, никогда, окромя самого господина мага будущего, меня не истязал. И вот только сейчас я это внятно поняла и увидела очень ясно.
- Застолбил меня для экзекуций, в общем - пробормотала я, глядя сосредоточенно перед собой - И как бы я могла угадать, что я тебе... что мы с тобой можем... ээээгм..... нуууууу....
- Что - ну? - протянул он смешливо, и вновь наморщил забавно нос - Тут нужен какой-то глагол, или прилагательное, Монгрен. Мы с тобой - что?
- Мы с тобой - тут никакого глагола не произошло, я прошу заметить - с
превосходством проговорила я - Ну а я имела в виду - что я тебе, ну....симпатична?
Роррей опустил ресницы, и я завистливо на них уставилась тут же.
- Симпатична? - он вздохнул - А я не планировал тебя ставить в известность, Монгрен. Меня самого осенило буквально недавно. Но ты тогда в бреду была, и я не посчитал уместными такие объявления. А уж после....ну, после все случилось, как случилось.
Я как-то сразу поняла, что именно за 'все'.
- Это ты про 'Мушку', что ли? - пробурчала, и тут же залилась краской.
- И про нее в том числе - насмешливо прошептал он, и потерся носом об мою макушку - Монгрен, ты понимаешь, что меня несколько задевает тот факт, что ты прямо так убиваешься из-за того, что тогда под этой 'Мушкой' делала и говорила?
