Кадиллак въехал на Сорок вторую стрит и повернул направо. Полицейский, медленно ведя за собой лошадь, в своих узких сапогах направился к передней части Рено. Он рассмотрел автомобиль и номерные знаки, хмуро взглянул через лобовое стекло на двух мужчин. Марч в ответ широко улыбнулся, а Дортмундер просто смотрел на него. Так как с левой стороны проход между Рено и кирпичной стеной эстакады оказался слишком узким, то полицейский ограничился лишь передней частью авто.
Продолжая широко улыбаться копу, Марч уголком губ произнес:
- Что, если он попросит лицензию и регистрацию?
- Может быть, регистрация валяется в бардачке.
- Да, но у меня нет лицензии.
- Замечательно,- произнес Дортмундер.
Офицер наклонился к окошку Марча:
- Зачем вы припарковались здесь?
- Когда проезжал через тоннель, у меня закружилась голова.
Напротив Дортмундера поднялся кобылий хвост и та начала справлять нужду.
- Закружилась голова, хм? Давай-ка проверим твою…
- Ваша лошадь,- громко произнес Джон.
Полицейский посмотрел мимо Марча на Дортмундера:
- Что?
- Ваша лошадь, - продолжил тот,- срет на нашу машину.
Офицер наклонился пониже и взглянул через лобовое стекло на свою кобылу.
- Сукин сын,- выругался он и высунул голову из машины.
Он обошел авто, схватил поводья и начал оттаскивать лошадь.
- Сматываемся отсюда,- сказал Дортмундер.
- Согласен,- и Марч снова завел Рено.
Он съехал с обочины, минуя полицейского и его лошадь. Двигаясь медленно, Марч крикнул офицеру:
- Спасибо, офицер. Я чувствую себя гораздо лучше.
Видимо, лошади надоело стоять на одном месте и теперь, освободившись, она шла медленно по Дайер авеню, шлепала довольная собой и не обращала никакого внимания на все попытки полицейского остановить ее.
- Да, да,- ответил коп, кивая отвлеченно Марчу, а лошади сказал:- Остановись Абнер, стой.
Проезжая Сорок вторую стрит, они застряли на красном свете. Дортмундер злился:
- Черт бы ее побрал, и черт бы ее вернул обратно.
- Значит, попытаемся в среду,- успокоил Марч.
- В следующий раз, лошадиное дерьмо, залетит прямо к нам в окно.
Зажегся зеленый свет и Марч повернул налево:
- Отвезти тебя домой?
- Да.
На Десятой авеню снова пришлось затормозить на запрещающем сигнале светофора.
- Я выбросил сигару, ты заметил?
- Я ведь говорил тебе, она воняет.
- В среду будем ждать на углу Сорок второй. Там можно парковаться.
- Конечно.
Продолжал гореть красный. Марч задумался:
- Слушай, ты спешишь?
- Спешу куда?
- Давай проедемся немного, хорошо?
Дортмундер пожал плечами:
- Делай, как знаешь.
- Отлично.
И загорелся зеленый, и они направились по Десятой авеню. Дортмундер погрузился в собственные мысли, и так продолжалось, пока они не проехали десять блоков, пока Десятая авеню не сменилась Амстердам авеню, а язык на испанский. Но как только они пересекли Восемьдесят шестую стрит, он, наконец, сел ровно, выглянул и спросил:
- Где мы находимся?
- Едем на Девяносто шестую,- ответил Марч,- а затем к Сентрал Парк Вест. После я подброшу тебя домой.
- Смысл?
Марч почесал затылок, и казалось, слегка смутился:
- Ну, никогда не угадаешь, что может произойти? В книге машина ехала через Сентрал Парк.
Дортмундер уставился на него:
- Ты думаешь, что Кэдди направился в Сентрал Парк, потому что в книжке авто тоже двинулось туда?
Марч начинал нервничать и смущаться.
- Мне так кажется. Черт возьми, ведь ничего не стоит просто проверить.
Кроме того, в книге говорилось, что малыш проходит логопедическое лечение, верно? Тем ребенком в Кэдди могут заниматься такие же специалисты, которых полно в Сентрал Парк.
- Это Парк авеню,- напомнил Дортмундер.- Здесь полно других мест, а также по всему городу.
- Если ты не хочешь, то не буду заставлять тебя. Я просто предположил, черт побери.
Джон посмотрел на знак «Девяносто четвертая», что высился над перекрестком, который они проезжали:
- Ты хочешь проехаться до Девяносто шестой, а затем спуститься вниз?
- Верно.
- Хорошо, мы почти на месте, езжай.
- Наверное, это плохая идея, но как мне кажется…
- Нда, я помню. Тебе кажется.
- Да, я так думаю,- ответил Марч и повернул на Девяносто шестую.
Они проехали два квартала до Сентрал Парк, снова повернули направо и двинулись на юг. Парк остался слева, а высокие жилые здания справа. Так они проехали около двадцати пяти кварталов. Марчу становилось все более неловко, а Дортмундеру все более «фаталистически». И вдруг Марч резко ударил по тормозам и закричал:
- Сукин сын!
Такси позади них просигналило, пронзительно запищало тормозами и пронеслось мимо, выкрикивая в воздух различные «слова». Дортмундер взглянул туда, куда показывал Марч:
- Не могу поверить.
Кэдди. Серебристо-серый, штыревая антенна, номера Джерси WAX 361. Авто припарковалось на огромной, как жизнь, автобусной остановке. Когда Марч медленно проезжал мимо нее, они заметил шофера, который сидел за рулем и читал газету. Кепки на голове не было. Марч отыскал свободное место перед пожарным гидрантом возле следующего дома. Он заглушил мотор и повернул счастливое лицо к Дортмундеру:
- Простая догадка, вот и все. Мне показалось, черт возьми, наверное, интуиция.
- Нда.
