Волшебники и ведьмы всего мира с трудом помещаются в большом зале. Гермиона поднимается на в суматохе сделанную сцену. Она поднимает руку, требуя тишины. Она не ожидает такого сильного эффекта на присутствующих и оглядывается.

ГЕРМИОНА: Спасибо. Я благодарна вам, что большинство смогло посетить мое второе Экстренное общее собрание. Мне есть, что сказать. Я хочу попросить вас задавать свои вопросы только после того, как я закончу. А вопросов будет много.

Как вы знаете, в Хогвартсе найден труп. Тело Крэйга Боукера. Он был хорошим мальчиком. У нас нет точной уверености в том, кто его убил, но вчера мы обыскивали дом престарелых Святого Освальда. Комнату, в которой были две вещи. Первая - пророчество, предсказывающее возвращение Тьмы. Второе, написанное на потолке - заявление, что у Темного лорда есть…. У Волан-де-Морта есть ребенок.

Новости разносятся по помещению.

Нам неизвестны все детали. Мы навели справки, подняли связи среди Пожирателей Смерти... Нет точных данных о ребенке или же о пророчестве, но кажется, что частица правды в этом есть. Ребенок был спрятан от мира волшебников, а сейчас она... она...

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: Она? Дочь? У Него была дочь?

ГЕРМИОНА: Да. Дочь.

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: И сейчас она под стражей?

ГАРРИ: Профессор, она просила не задавать вопросов.

ГЕРМИОНА: Все хорошо, Гарри. Нет, профессор, все намного хуже. Я боюсь, мы не сможем заключить ее под стражу. Или вообще остановить ее каким-либо образом. Она вне нашего влияния.

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: Мы не можем найти ее?

ГЕРМИОНА: У нас есть все причины полагать, что она спряталась во времени.

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: После всех тех глупых дел, вы оставили у себя Маховик Времени?

ГЕРМИОНА: Профессор, я уверяю вас...

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: Позор тебе, Гермиона Грейнджер.

Лицо Гермионы темнеет от злости.

ГАРРИ: Она этого не заслуживает. У вас есть право злиться. У всех нас. Но это не вина Гермионы. Мы не знаем, как эта ведьма получила Маховик Времени, может даже мой сын отдал ей его.

ДЖИННИ: Либо наш сын дал его ей, либо она его у него украла.

ДЖИННИ присоединяется к Гарри на сцене.

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: Ваша солидарность уважительна, но это не делает вашу неосторожность менее неосторожной.

ДРАКО: Я к этой неосторожности тоже причастен.

ДРАКО поднимается на сцену и становится рядом с Джинни. Это почти Спартанский момент. Выглядит захватывающе.

Гермиона и Гарри не сделали ничего плохого, только пытались защитить нас всех. Если они виновны, то и я тоже.

Гермиона смотрит сквозь толпу в движении. Рон присоединяется к ним на сцене.

РОН: Просто скажу - я почти ничего не знаю об этом, так что не могу брать на себя ответственность — и я уверен, что мои дети не имели ничего общего с этим, но раз все вы здесь стоите, то и я тоже буду здесь.

ДЖИННИ: никто не знает, где они — вместе или врозь. Я думаю, что наши сыновья сделают все возможное, чтобы ее остановить, но . . .

ГЕРМИОНА: Мы не сдаемся. Мы пошли к великанам. Троллям. Ко всем, кого можно найти. Мракоборцы по всему миру ищут и ведут переговоры с теми, кто знает тайны и хранит их.

ГАРРИ: Но мы не можем избегать правды: что где-то в нашем прошлом ведьма пытается переписать все, что мы когда-либо знали — и все, что мы можем сделать – это ждать — ждать момента, когда она либо преуспеет, либо потерпит неудачу.

ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ: А если она преуспеет?

ГАРРИ: Тогда — в одно мгновение — большинство людей в этой комнате исчезнут. Нас больше не будет существовать, а Волан-де-Морт снова будет править.

АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ. СЦЕНА ВТОРАЯ.

ШОТЛАНДИЯ. ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНАЯ СТАНЦИЯ АВЬЕМОР. 1981

Альбус и Скорпиус с опаской глядят на смотрителя станции.

АЛЬБУСОдному из нас нужно поговорить с ним, как ты думаешь?

СКОРПИУС: Здравствуйте, мистер Смотритель. Мистер маггл. Вопрос: Вы не видели, тут ведьма не пролетала? И, кстати, какой сейчас год? Мы только что сбежали из Хогвартса, потому что нас кое-что испугало, но это ничего?

АЛЬБУС: Знаешь, что меня бесит? Папа подумает, что мы сделали это сознательно.

СКОРПИУС: Альбус. Ты серьезно? То есть, серьезно-серьезно? Мы в ловушке. Потеряны во времени. Возможно, навсегда. И все, о чем ты волнуешься – что подумает твой отец? Я никогда тебя не пойму.

АЛЬБУС: Тут много чего нужно понимать. Папа довольно сложный...

СКОРПИУС: А ты - нет? Я не говорю о твоем вкусе в плане женщин, но ты навоображал… ну…

Они оба знают, о ком он говорит.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги