Unknown полностью

Мне бы стоило опасаться его реакции, но я слишком далеко зашла, чтобы беспокоиться об этом. Я опустилась обратно настолько, насколько позволяли его руки, желая, чтобы моя киска вновь прикоснулась к этому горячему твёрдому бугру.

- Blyad´!- воскликнул он. Что бы это ни значило. -Тыдействительно из-за меня потекла. Решила со мнойразвлечься?

- Por Dios,ну что ты так много болтаешь? - я задыхалась. - Хочу кончить, Ruso.

Он моргнул. Холодный, отстранённый русский впал в ступор.

- В любом случае, - он разжалхватку,-продолжай.

- Gracias,- облегчённовыдохнулая, вновьскользнувсосками посвитеру.Если онтолькопозволит...мои пальцы проникли веговолосы, а я наклонилась, чтобы поцеловатьегошею.Потомслегкализнулато место,гдепульсировала жилка,отчего его голова откинуласьназад.

Я потеряла выступ его брючной молнии, так что поёрзала сверху, чтобы вновь его нащупать. Вроде бы его бёдра, наконец-то, сдвинулись с места? Он тоже искал контакта? Наконец, я обнаружила эту точку.

- Ay, perfección.

Когда я снова уселась, он смотрел на меня, его взгляд метался от моих глаз к губам, потом вниз к груди, к стрингам и обратно.

Пока я ублажала себя, моё внимание привлекли его собственные губы. Как и всё в нём, они притягивали внимание. У более полной нижней губы в середине была сексуальная впадинка. Каково будет с ним целоваться?

Иванна считала, что поцелуй слишком сближает людей, и для будущего любимого человека в жизни нужно сберечь что-то особое. У меня не было любимого, и сближения я не боялась. А сейчас, балансируя на грани оргазма, я вообще ничего не боялась! Я смотрела на его губы, облизывая свои.

- Думаешь, мне нужен поцелуй? -егоголос былхриплым.

- Разве невсе...

Он сильно качнул бёдрами, вдавливая твёрдый член в мои трусики. Наконец-то!

- О! Fricción...Ещё раз,porfavor.

Он сделал это ещё раз. И ещё. Вскоре с каждым толчком он начал издавать стон, но звук был таким, словно ему причиняют боль, словно каждый раз он получает удар в живот

- или режетсебя.

Я обдумаю всё это - потом.

- Неостанавливайся!

Пока он толкался в моюкиску,я бормотала что-то нечленораздельное, переключаясьтона один язык,тона другой, пытаясь как-тодатьпонять, что янахожусьна грани.

- О,Боже.Ay,Diosmío.

- Тысейчаскончишь?- напряженно спросилон.

- Я сейчас взорвусь! - обеими ладонями яобхватила еголицо.

Наши взгляды встретились. Его - по-прежнему резкий и злой, подбородок упрямо вздёрнут даже тогда, когда наши тела соприкасались.

- Нет-нет,cariño,- проводя пальцем поегонижнейгубе,прошептала я, -No tepongas bravo conmigo. Не сердись на меня. Нам обоимвскоребудетхорошо. - Нагнувшись, я накрылаегорот своим.Егогубы были твёрдыми и горячими. Постанывая, я лизалатоместо,гдеони соединялись.Ускоривтемп, я почти прыгала нарусскомчлене.

Он приоткрыл губы; кончики наших языков соприкоснулись - и от этой искры разгорелось... Наслаждение. Взрыв. Электрический разряд.

По моим венам пробежала волна, чтобы дать дорогу...огню.

- Мммм!- кричала я вегорот.Меняохватилвосторг,заставляя вращать бёдрами. В забытьи я тёрлась сосками оегогрудь.Я стонала,пользуясьим, какигрушкой,пока моя киска снова и сновасокращалась.

Лишь когда разум ко мне вернулся и спазмы пошли на спад, я поняла, что он не ответил на поцелуй. Я отклонилась от него.

Он сидел совершенно неподвижно. Но напряжение в нём только возрастало.

- Тыпоцеловала меня.Тыкончила.Этогоне должно былослучиться.

- Это случилось в пылу страсти.No tepongas…

Намотав мои волосы на кулак, он притянул меня ближе, так что наши губы соприкоснулись.

Яахнула,а он, казалось, просто пылал. Он целовал меня так,будтоужемного лет не пробовал женских губ, а лишькопилв себе эту потребность. Я задыхалась; онтяжелодышал.Егоруки опустились на мою полуголыйзад.

Из его груди вырвался рык. Настоящий. Мысль о том, что я смогла вызвать такую страсть, завела меня, многократно усилив возбуждение. Удерживая его лицо в ладонях, я сосала его язык. Он стонал, его пальцы впивались в мои округлости, а я снова начала свою скачку.

Оторвавшись, чтобы вдохнуть, я сказала:

- Что ты со мнойделаешь?

- Могу спросить то же самое, - струдомвыдавил он. - Я ненавижу сюрпризы.Терпетьих немогу.И всё равно... - Брови сошлись на переносице. Онбудто...неточтобыподсчитывал,но что-то вродетого- пытался рассмотреть ситуацию со всехуглов.- Всё ещё здесь, - пробормотал он сам себе. Дёрнув меняближе,он зарылся лицом в моюгрудь,покрываяпоцелуями.

Я выгнулась навстречу его рту.

- Кактолькоя увидел эти налитые сосочки, испугался, что не смогутебяотпустить, не попробовав их навкус.

Испугался? С чего бы ему... Но мысли затуманились, когда он, повернув голову, обхватил губами сосок и провёл языком по чувствительной вершинке. Застонав, он начал сосать, и тогда я воскликнула:

- Наконец-то!

Во мне снова разгорался жар! Внутреннее неистовство. Жаждабольшего. Он перешёл к другому соску, пробормотав:

- Такие сладкие и пухлые. Дразнят мойязык.