Unknown полностью

Глория дала мне первое задание на выходные. Я буду танцевать на вечеринке в особняке на побережье. Мартас-Виньярд был богатым городом высокого класса. Она сказала, чтобы я провела там все выходные, и если меня попросят остаться, то мне уже самой решать – уезжать или нет.

Я не собиралась уезжать. Они были готовы заплатить большие бабки, только чтобы я осталась.

Не буду врать, идея полететь на остров казалась захватывающей. Это был первый раз, когда я кайфовала от своей работы. Когда меня лично запросили для частной вечеринки, по моему телу разлилось тепло, а по коже побежали мурашки.

Я чувствовала себя особенной. И мне это нравилось.

Я сняла с вешалки клетчатую рубашку, остановившись в нерешительности. «К черту все, мне нужно надеть что-то, в чем мне будет удобно». Запихнув рубашку в сумку, я бросила туда же свои кроссовки и джинсы.

Большую часть своей жизни я считала себя дурнушкой. Мне не нравились макияж и модная одежда. Каблуки я носила только на свадьбах или в школе танцев, которую посещала. Я была гораздо счастливее, когда надевала стоптанные кеды и свободные футболки.

На выходных я привыкла носить удобную одежду и много готовить. Это было мое любимое время.

Эта работа заставила меня изменить себя. Я жила двойной жизнью, совершенно противоположной моему образу.

Встреча с Глорией в больнице в тот день была спасением и смертным приговором одновременно. Она неплохая женщина, и у нее благие намерения, но ее стремление к деньгам и мое отчаяние в какой-то момент заставили нас пересечься. Развилка на моем пути привела меня сюда.

Я спрашивала себя несколько раз: повернув направо, правильно ли я сделала?

Когда она пришла ко мне, я плакала в фойе больницы и была в отчаянии. Глория, казалось, сочувствовала мне. Она потеряла свою маму годом раньше и понимала, что чувствовала я.

Женщина предложила свою помощь, и настаивала на том, чтобы я не отказывалась ее принимать. Все, что я должна была сделать – отплатить ей позже. И тогда она предложила мне работу официантки на фуршетах.

Мне казалось, что я сделала правильный выбор, надеялась, что это поможет моей маме жить той жизнью, которой она жила раньше.

Что же до меня... я полностью изменилась.

Снаружи раздался гудок клаксона. Выглянув из окна, я увидела такси, которое подъехало, чтобы отвезти меня в аэропорт. Застегнув молнию на своей сумке, я схватила клатч и направилась к двери.

Поездка до аэропорта заняла около двадцати минут. Копаясь в сумочке, я вытащила последние двадцать долларов, которые у меня были.

– Спасибо, – сказала я и протянула деньги.

Водитель покачал головой, отказываясь:

– Все в порядке, мисс. Все уже оплачено.

Выгнув бровь, я медленно убрала руку.

– Правда?

Но ведь я сама позвонила в службу такси, кто, кроме меня, мог заплатить?

– Кем оплачено? – спросила я.

– Мистер Х. Он обо всем позаботился. Приятной поездки.

«Мистер Х? Кто такой мистер Х?» Это имя было незнакомо мне. Покачав головой, я вышла на тротуар и закрыла дверь машины. Может быть, он был тем, кто нанял меня? Но откуда он мог знать, какое такси я закажу?

Глория не выдала мне и минимума информации о человеке, который меня нанял. Как бы я не старалась узнать, она просто переводила разговор в другое русло.

Миновав двери, я подошла к администратору, чтобы получить посадочный талон. Глория оформила билет на рейс на свое имя. Она знала, что танцовщицы использовали псевдонимы, чтобы сохранить свою личную жизнь в тайне.

Последнее, что мне было нужно, это чтобы какой-нибудь урод узнал мое настоящее имя и начал меня преследовать. Такое уже случалось с несколькими девушками, и я бы хотела этого избежать.

– Здравствуйте, добро пожаловать в «Грин». Могу я узнать ваше имя и посмотреть водительское удостоверение?

Вытащив документы из бумажника, я протянула их администратору.

– Ноэлла Роулинсон, – произнесла я, пока осматривала экраны и наблюдала за рейсами, которые сменяли друг друга на табло.

Я не летала на самолетах очень давно. Мне было пятнадцать, когда мы с семьей полетели к дедушке в Орегон и, честно говоря, весь опыт полета к настоящему моменту размыт в памяти.

Гребаный комок нервов смешался с восторгом и любопытством. Я буду лететь на самолете одна, и этот факт послал содержимое моего желудка прямиком к горлу.

– Спасибо, – поблагодарила женщина, пока ее пальцы быстро стучали по клавиатуре. – Все в порядке, все готово, вы можете направиться к воротам номер одиннадцать, – передав мне листок бумаги, администратор улыбнулась и указала куда-то у меня за спиной.

Я взяла сумку и пошла в ту сторону, в которую она меня направила. Номера ворот были указаны над моей головой, и я без труда нашла терминал своего рейса.

«Вау, здесь только я одна. Это странно». Положив свою сумку вниз, я заняла первое попавшееся место.