Галар удивился, что Нир так стал вступаться за троллей. Судя по всему, расставание с малышом Фраром не пошло ему на пользу. Он стал раздражительным, в голову ему приходили самые странные идеи.
Галар недовольно окинул взглядом склон и поглядел на кобольдов. Их было точно намного больше сотни. Они перешептывались, переглядывались и смотрели вверх по склону. Галару показалось, что в глазах их он видит ненависть. Эти негодяи чертовски хорошо вооружены. Теплую одежду они принесли с собой. У них были плотные, подбитые шерстью плащи. Шапки из меха зайца-беляка и высокие сапоги до колен. Кроме того, у них были белые шарфы с бахромой, из-за которых их и прозвали Ледяными бородами. Стоило им упасть в снег, и они сливались с местностью. Новыми были только блочные арбалеты, полученные от эльфийского кузнеца Гобхайна. Да и те они выкрасили белой краской. У некоторых кобольдов были броские красные шерстяные шапки, совсем не подходившие к их маскировочной одежде. Галару уже доводилось слышать истории про эти шапки: говорили, что их окрашивали красным, окуная в кровь убитых карликов. Если это верно, то, как только они пойдут в бой, за спинами у них окажется две дюжины опытных убийц. При мысли об этом Галар содрогнулся. До сих пор он не говорил ни с кем из кобольдов, да и вообще для него эти мелкие негодники были все на одно лицо.
Оглядывая пятьдесят карликов, в число которых входил и он, приходилось признать, что чертовы Ледяные бороды были гораздо лучше подготовлены к ведению войны в условиях зимы. Из карликов же не стал маскироваться никто. Все были в развевающихся плащах, по большей части красных или синих, надетых поверх длинных отполированных кольчуг. Под ними — толстые камзолы, помогавшие сберечь тепло. Видно их было издалека: яркие пятна на фоне белой горы. Серокожие тролли вполне могли сойти за гранитные скалы. Айлин тоже была в белом. И не замаскированными получались только они. Неужели это сделано специально? Карлик перевел взгляд на эльфийку. Скорее бы уже...
Не успел он додумать мысль, как одна змея, созданная из алого, а вторая — из желтого света, взмыли вверх на снегу. Воздух завибрировал, словно в жаркий летний день. Бороды тут же стали топорщиться. Тролли беспокойно заворчали, а обе змеи склонили головы друг к другу, и появилась арка, заполненная непроницаемой тьмой.
— Вперед! — крикнула Айлин. — И не сходите с тропы! — Она повторила приказ еще и на языке троллей и на той тарабарщине, с помощью которой общались между собой кобольды.
«Что ж, мужества им не занимать», — признал Галар, наблюдая, как великаны, не колеблясь, устремились к воротам. Галар держался рядом с Гламиром. Дорога из желтого света пугала кузнеца. Он понимал, что этот свет должен быть прочным, по меньшей мере как камень, поскольку выдерживал воинов-карликов, шедших впереди, словно по мощеной дороге. Поставив первую ногу на магическую тропу, он увидел, что она слегка увязла. Ощущение было, словно он ступил на поляну, на которой только что паслось стадо овец и короткая трава пружинит под сапогами.
— Я предпочитаю угри, — проворчал шедший рядом Гламир, осторожно ощупывая тропу костылем.
— Вперед, трусы! — заорал сзади кто-то из кобольдов.
Гламир выругался и побрел дальше.
Впереди послышались разъяренные крики. Кто-то завизжал, словно его режут. А затем послышался низкий, громоподобный боевой клич троллей. Галар снял с пояса секиру, а шедшие впереди карлики устремились вперед.
Справа и слева от Золотой тропы, по которой они шагали, царила непроницаемая тьма. По рассказам Галар знал о тропах альвов, что они подобны мостам над бездонной пропастью. Один неверный шаг — и тебе конец.
Шум драки впереди нарастал. Галар увидел кусок красного неба. Значит, другая сторона уже близко! Судя по всему, тролли уже вышли из магических врат. Сзади напирали другие карлики. Из-за костылей Гламир двигался слишком медленно. Просто безответственно брать с собой в битву калеку-кузнеца из Железных чертогов.
За их спинами появился Байлин. Раскинув руки в стороны, он пытался сдерживать давление.
— Я справлюсь! — заявил запыхавшийся Гламир. На лице его читалось отчаяние. Он прекрасно знал, что всем мешает.
И вдруг в темноте, шагах в пяти, показалась фигура. Дитя человеческое? Оно бежало прочь от красного неба. По щекам у него бежали слезы. У мужчины было темное суровое лицо и ни малейшего намека на бороду. Черные волосы доставали до плеч. На нем была толстая шерстяная безрукавка, ноги обмотаны шерстяными тряпками. Галар видел бегущего всего несколько ударов сердца, а затем мужчина скрылся во тьме. Здесь была и вторая тропа альвов, пересекавшая их тропу под острым углом и тоже ведущая к воротам! Показались и другие люди. Некоторые были ранены, но все они то и дело испуганно оглядывались.
В лицо Галару ударил ледяной ветер. Он вышел из пустоты междумирья и оказался на широкой заснеженной равнине посреди ожесточенного сражения. У ворот снег был пропитан кровью. От криков заболели уши.
