— Хватит хихикать, глупые гусыни! — закричала Кира. Она представляла собой полную противоположность молодого капитана: тощая, насколько это вообще возможно, если ты долго голодаешь или если у тебя глисты. Лицо у нее было узкое, глаза суровые, волосы темно-каштановые, длинные, сбитые в пряди. — Дайте человеку сказать!
— Меня послал бессмертный Аарон, — несколько неуверенно произнес молодой человек. — Я должен выбрать пятьдесят дам, которые будут сопровождать часть нашего войска на крайний север. Это должны быть только те женщины, которые привыкли к невзгодам и суровым зимам...
— Мы привыкли к совсем иным невзгодам, нежели колючие ветра, — выкрикнула Нинве. — Ты бы видел, кто ко мне вчера приходил! Милосердные боги, как же от него воняло! Я уж думала, дышать не смогу. К счастью, он хотел сзади, — снова послышались смешки. Немытые любовники приходили ко всем. Нинве была самой толстой среди женщин и пользовалась большой популярностью среди мужчин. Возможно, потому, что красила свои волнистые волосы в рыжий цвет, и будто бы не только на голове, но и в других местах своего тела. Или же просто потому, что им было приятно трогать ее. Если бы у Киры не было медного котла, от имени всех женщин наверняка говорила бы Нинве, потому что ее любили все.
— Поход продлится всего несколько дней, — продолжил юнец. — Но каждый из этих дней будет по-настоящему тяжелым. На север пойдут лишь те, кто чувствует себя достаточно сильным, привык к холодным зимам и у кого есть теплая одежда. Кроме того, кто не боится еще раз пройти сквозь великую тьму между мирами. Именно этим путем мы отправимся на север.
— И что вы забыли там, на севере? — скептичным тоном поинтересовалась Нинве. — Мы тут сидим с огромной кучей скучающих ублюдков, это очень прибыльно! Кстати, что делаешь сегодня вечером ты? Подари мне эту красивую птичку, что сидит на твоем плаще, и я научу тебя кое-чему такому, о чем ты не смел даже мечтать.
Молодой капитан покраснел и откашлялся.
— Я тоже пойду на север. Мы выступаем сегодня же вечером. Я не знаю, с кем доведется сражаться, для этого я занимаю недостаточно высокий пост, но говорят, что бессмертные собирают огромную армию, и битва будет великая.
Женщины взволнованно зашептались. Битва обещала быстрые деньги. Они смогут обокрасть мертвых и раненых на поле боя; как только закончатся сражения, а выжившие обычно ведут себя крайне щедро и делятся полученной добычей. Позволить воину на одну ночь забыть о пережитых ужасах — и шлюха могла легко заработать столько же, сколько за месяц в мирное время. Говорили, что именно таким образом Кира и заполучила свой медный котел, заработав его после сражения на высокогорной равнине Куш.
— Я люблю чистеньких юношей, — крикнула Нинве, хватая себя за огромную грудь. — Я пойду туда, куда и ты!
— Твой веселый характер наверняка согреет нас на крайнем севере, — провозгласил капитан, продолжая краснеть и смущаться. — Те из вас, кто хочет пойти с нами, должны к полудню прибыть на рынок крупного рогатого скота. Оттуда отправляются войска Воины будут родом большей частью из восточных провинций Исседона и широких степей Гарагума. Кого это пугает, лучше не появляйтесь.
Тут же стало тихо. Мужчин Гарагума считали варварами, которые любили бить женщин. С исседонцами дело обстояло еще хуже. Ходили слухи, будто если умирал один из воинов или охотников, они срезали мясо с костей умершего, тушили его вместе с бараниной и подавали на поминках. Кроме того, поговаривали, что сыновья так любят своих отцов, что обрамляют их черепа в золото и открывают их гробницы в годовщину их смерти, чтобы попировать вместе с ними.
Кира ударила по медному котлу половником, который все еще сжимала в руке.
— Как по мне — какая разница, исседонец или нет. Я даже котел с собой возьму, чтобы было в чем тушить мясо.
— Значит, вы все поняли, — молодому капитану, судя по всему, ее замечание было неприятно. — Если все это вас не пугает, приходите к полудню на рынок крупного рогатого скота. Внакладе вы не останетесь, — и он несколько неуверенно поднял руку, прощаясь, но при этом ни на кого конкретно не глядел. А затем ушел со двора караван-сарая, где расположились лагерем женщины.
Нинве свистнула ему вслед, но он не обернулся.
— Милый парень, но спать с исседонцами... — Она сплюнуты.
Шайя поднялась со своего ложа и стала складывать на одеяло свои завернутые в тряпки пакетики с травами.
— Ты что, действительно собираешься идти с ним? — недоверчиво поинтересовалась Нинве.
— Малышка совершенно права! — вмешалась Кира. — Я тоже пойду. После битвы можно разбогатеть.
