Он обогнал их мили на три или четыре, когда горизонт вдруг зашевелился. Из раскаленного солнечного шара, уже на четверть поднявшего голову над землей, поползли тени. Усиливавшийся свет ослепил Артакса. Что-то темное изливалось на белоснежную ледяную равнину, постоянно двигаясь вперед. Войско, намного больше того, которое собрали на ледяной равнине правители семи империй.
Артакс мысленно попросил льва поторопиться. Ветер пел в золотой гриве, сильно били широкие крылья, поднимаясь и опускаясь, неся его ближе к тому, что наполняло его величайшим ужасом и что он, несмотря ни на что, должен был увидеть. Так вот каково их будущее!
Алая заря сверкала на тысячах копий, из-за чего казалось, будто их только что обмакнули в кровь. Множество знамен вздымалось над марширующими массами. Над войском возвышались одинокие огромные фигуры, похожие на башни, восстающие из прилива.
Войско все быстрее обретало контуры, несмотря на то что солнце все еще продолжало слепить Артакса. Великаны, с которыми они сражались на мосту, были ничто по сравнению с тем, что он видел перед собой. Эти фигуры посреди войска были подобны бродячим башням. По бокам от них следовали огромные конные отряды, эскадроны в сотню колесниц каждый и бесконечные колонны щитоносцев. За войском следовал караван величиной со стадо буйволов. А на самом дальнем фланге войска он увидел парусники, скользившие по льду! Даже одной десятой части этого войска будет достаточно, чтобы раздавить их.
Мысли путались в голове у Артакса. К полудню войско демонов будет в Вану. Нужно немедленно поворачивать и предупредить остальных бессмертных. Если они немедленно вернутся к магическим вратам, то, возможно, еще получится бежать. Сегодня утром солнце родило погибель для всех для них.
Пронзительный крик заставил его отвлечься от созерцания марширующего войска демонов. Артакс поднял голову к небу и увидел крылатые тени, пикировавшие на него прямо из яркого, света: орлы — размером с быка. А среди них по небу на черном, как ночь жеребце с крыльями еще больше, чем у его льва, неслась одетая в алые одежды фигура.
На львиных крыльях
Лев отреагировал, хотя Артакс не посылал ему приказа даже мысленно. Пока бессмертный таращился на страшных всадников, серебряный лев наклонился на левое крыло и начал пикировать, от чего Артакса настолько сильно вдавило в высокую спинку седла, что он едва дышал. Они неслись навстречу ледяной равнине с головокружительной скоростью. Артакс уже представлял себе, как разобьется о лед, когда осознал, что лев еще, чего доброго, может воспринять это как приказ.
Внезапно лев расправил крылья, прижатые к телу во время падения. В его металлическом теле послышался страшный звон и скрежет, слева и справа мимо пронеслись два орла. Они тоже расправили крылья, пытаясь замедлить падение. До обледеневшей земли оставалось еще шагов сорок, когда лев предпринял попытку набрать высоту, сильно взмахнув крыльями. Одного-единственного взгляда наверх оказалось достаточно, чтобы Артакс понял, что падение вниз ничего не дало. Над его головой по-прежнему кружили семь орлов, и среди хищных птиц верхом на жеребце мчался демон в красном облачении. Белые как снег волосы обрамляли его лицо с тонкими, словно бы резными чертами. У него тоже было копье, как у Артакса, и он поднял его, приветствуя бессмертного, когда почувствовал его взгляд.
Удар клюва угодил Артаксу в шлем, когти со скрежетом полоснули по крылу льва, вокруг били крылья. Воздух полнился пронзительными криками. Внезапно лев качнулся на бок и перевернулся, его золотые крылья больно ударили по крыльям орлов. Артакс вслепую нанес удар копьем куда-то в коричневую массу перьев, получил новый удар по шлему, и в ушах загудело от металлического звона. Он увидел, как одна из крупных птиц камнем полетела на землю, одно крыло у нее было неестественно вывернуто, а второе то поднималось, то опускалось, не в силах спасти орла.
Чей-то клюв попытался клюнуть бессмертного в правую руку. Мягкая кожа доспеха уплотнилась, едва началось давление. То, что еще только что прижималось к нему, словно вторая кожа, превратилось в прочную трубу, которую не мог пробить даже такой сильный клюв. Но теперь Артакс не мог согнуть руку — она застыла в вытянутом положении, сжимая в кулаке копье, а крылья тем временем хлопали о шлем.
Золотые львиные крылья ворвались в окружавший их клубок гигантских орлов, и перья полетели в разные стороны. Внезапно Артакс снова увидел чистое небо: они прорвались сквозь орлиный строй. Не чувствуя ударов клювов и когтей, кожаный доспех снова стал мягче, и мужчина снова смог согнуть руку. В этот миг лев настолько резко повернул влево, что Артакса бросило влево. В него едва не угодило острие копья, оторвало несколько золотых прядей со львиной головы. Одетый в красное всадник на крылатой лошади пронесся прямо над ними. За ним летел орел, вцепившийся когтями в высокую спинку седла. Сильно взмахивая крыльями, он пытался оторвать седло.
