Граумур молчал и лишь смотрел на нее. Во взгляде его не было гнева, только удивление. Судя по всему, он не мог понять, каким образом хрупкая эльфийка, вес которой составлял едва ли одну пятую от его собственного, сумела отправить его на землю в мгновение ока.
— Ты застала меня врасплох, — наконец удрученно признался он.
Эльфийка кивнула.
— Скорее всего я просто удачно выбрала момент, — она убрала ногу с его горла и отошла в сторону. — Если вы с приятелем будете так любезны и закрепите тент за стеной, я буду вам очень благодарна.
Второй минотавр, не говоря ни слова, пригнулся и вышел из ворот. Граумур поднялся.
— Тебе повезло, — мрачно пробормотал он, потирая подбородок.
— Мне всегда везет.
Кажется, минотавр понял это и встревожился. Он молча вышел вслед за товарищем и уже из переулка бросил на нее долгий взгляд, а затем закрыл дверь.
Бидайн услышала, как эти двое крепко натягивают тент с другой стороны стены и шушукаются. Драконница шепотом произнесла слово силы и теперь ничто из сказанного не могло ускользнуть от нее. Приятель Граумура был потрясен еще больше старого вояки.
Они пойдут выпить и будут разговаривать о случившемся. Несмотря на то что Граумура совсем не радовал факт огласки того, что с ним случилось, эта история скоро разойдется по городу и дойдет до ушей князя Секандера, который, судя по всему, коллекционирует слухи о ней. Эльфийка самоуверенно улыбнулась. Что ей до того, что какое-то существо ломает голову над тем, что она делает. Она может стать для него гораздо опаснее, чем он для нее, и если он достаточно умен, то вскоре поймет это.
Бидайн вышла на середину двора, и села на теплый песок. Скоро они придут. Она велела прийти всем сегодня утром. Долго размышляла, где им собираться. Целыми днями бродила по окрестностям Уттики, искала подходящее место. Не слишком далеко от города и в то же время уединенное, чтобы туда не забрел случайный прохожий и не увидел то, что не предназначено для простых детей альвов.
В конце концов решила воспользоваться двором особняка Она приказала переделать двери и ставни таким образом, чтобы их можно было закрыть со двора и невозможно открыть изнутри. Не оставалось ни единой щелочки, через которую за ней можно было бы наблюдать. Тент из просмоленной парусины стал венцом ее трудов. Эльфийка понимала, сколько разговоров будет ходить вокруг их дома, но даже самые безумные истории и близко не будут похожи на правду.
Шепот за стеной двора умолк. Бидайн услышала, как удалились тяжелые шаги минотавров. Они говорили о трактире в порту. То есть именно оттуда пойдут безумные истории. Эльфийка усмехнулась. Она сама уже размышляла о том, каким образом можно запустить слухи, лучше владеть сплетнями, чем быть их невольным заложником.
Дверь, ведущая из переулка во двор, открылась, и во двор вошла фигура в широкополой соломенной шляпе, с которой почти до самой земли свисала прозрачная вуаль. Это был наряд слепого сказителя с Танталии. Они славились и пользовались почетом во всем Альвенмарке.
Скрытая под вуалью фигура неторопливо остановилась чуть поодаль от Бидайн. Сквозь тонкую ткань просматривался только женский силуэт в белом платье. Кира. Несмотря на то что та безо всякого труда могла заставить любую публику слушать ее целую ночь, она была далеко не просто сказочницей. Она была драконницей, чародейкой и наемной убийцей. Одной из последних возведенных в ранг наставника до роспуска Белого чертога.
Следующей через маленькую калитку из переулка вошла Валариэлль. Бидайн помнила ее по первым дням в открытой пещере высоко в горах, у Парящего Наставника. Валариэлль, одна из учениц белого дракона, тогда была довольно мрачной, и за все эти годы нисколечко не изменилась. Однако драконница была еще и одной из лучших чародеек, с которыми Бидайн когда-либо доводилось встречаться. И ее всегда интересовала темная сторона магии.
Эльфийка, которая ввела во двор за повод черную кобылу, была высокой и худощавой. Ее лицо было скрыто в тени широкого капюшона. В отличие от остальных наставниц Белого чертога, она носила не белое платье, а плотно облегавшую ее кожаную кирасу, повторявшую каждый изгиб ее тела. Под ней виднелась черная блузка с высоким воротником-стойкой. И совсем не по-женски она носила узкие черные брюки и высокие черные сапоги. Бидайн всегда носила юбки и платья, но догадывалась, что для предстоящего наряд Валариэлль подходит гораздо больше. Довершал мрачный образ эльфийки плащ с капюшоном почти до земли, сшитый из черного шелка. Единственной блестящей вещью была тяжелая серебряная цепочка на груди, не дававшая раскрыться плащу, и серебряное навершие меча в форме головы дракона, торчавшее из-за правого плеча.
Валариэлль бросила на Бидайн мрачный взгляд.
— Поздравляю с головокружительным успехом у Золотого, сестра по мечу.
