Unknown полностью

– Мэй Аладар разослала команды, чтобы опросили семью и друзей Ведекара Перела. Они узнали, где он был перед смертью, кто в последний раз его видел и записали всё, что показалось подозрительным. Я подумал, что мы можем прочитать доклад.

– А остальные книги?

– Ты казалась растерянной, когда отец спросил тебя о политике макабаки, – сказал Адолин, наливая вина – легкого, всего лишь желтого цвета. – Так что я поспрашивал, и выяснилось, что некоторые арденты притащили сюда всю свою библиотеку. Я попросил слугу найти несколько книг о макабаки, которые мне понравились.

– Книги? – спросила Шаллан. – Ты?

– Я не провожу всё свое время, избивая людей мечами, Шаллан, – сказал Адолин. – Джасна и тетя Навани хорошо постарались, чтобы мое детство было наполнено бесконечными часами, проведенными за прослушиванием лекций ардентов о политике и торговле. Кое-что из этого засело в моем мозгу, наперекор моим естественным склонностям. Эти три книги лучшие из тех, которые, как я помню, мне читали, хотя последняя из них – обновленная версия. Я подумал, это может помочь.

– Очень мило с твоей стороны, – сказала она. – Серьезно, Адолин. Спасибо тебе.

– Я подумал, знаешь ли, если мы собираемся продвинуться с помолвкой…

– А почему не должны? – спросила Шаллан, внезапно запаниковав.

– Я не знаю. Ты Сияющая, Шаллан. Что-то вроде полубожественного создания из мифологии. И всё это время я думал, что мы подобрали тебе выгодную партию.

Он поднялся и начал мерить комнату шагами.

– Бездна. Я не хотел так говорить. Прости. Просто я… Я не перестаю волноваться, что каким-то образом всё это испорчу.

– Ты волнуешься, что как-нибудь все испортишь? – спросила Шаллан, чувствуя тепло внутри, исходящее не только от вина.

– Я не очень хорош в отношениях, Шаллан.

– Существует ли кто-нибудь, кто на самом деле хорош? Я имею в виду, есть ли там кто-нибудь, кто в самом деле смотрит на отношения, и думает: «Знаете что, а я в них хорош»? Что до меня, то я предпочитаю думать, что все мы идиоты, когда дело касается отношений.

– Для меня это хуже.

– Адолин, милый, последний мужчина, к которому я проявляла романтический интерес, был не только ардентом – которому вообще было запрещено ухаживать за мной – но и оказался убийцей, который через меня хотел поближе подобраться к Джасне. Думаю, ты переоцениваешь возможности других людей в этом отношении.

Он остановился.

– Убийца.

– Серьезно, – сказала Шаллан. – Он почти убил меня ломтем отравленного хлеба.

– Ого. Я должен услышать эту историю.

– К счастью, я ее только что рассказала. Его звали Кабзал, и он был невероятно милым со мной, так что я почти могу простить его за то, что он пытался меня убить.

Адолин усмехнулся.

– Что ж, приятно слышать, что мне не надо слишком уж стараться, чтобы превзойти его – всё, что я должен делать, это не пытаться тебя отравить. Хотя ты не должна рассказывать мне о своих прошлых возлюбленных. Ты заставляешь меня ревновать.

– Да брось, – сказала Шаллан, макая свой хлеб в остатки сладкого карри. Ее язык до сих пор не восстановился. – Ты ухаживал, должно быть, за половиной военных лагерей.

– Всё не настолько плохо.

– Разве? Из того, что я слышала, мне пришлось бы ехать в Хердаз, чтобы найти женщину, за которой ты не ухлестывал.

Она протянула ему свою руку, чтобы он помог ей подняться на ноги.

– Издеваешься над моими неудачами?

– Нет, я приветствую их, – сказала она, встав рядом с ним. –Видишь ли, Адолин, дорогой, если бы ты не разрушил все те отношения, то не был бы здесь. Со мной. – Она прижалась крепче. –Так что, фактически, ты самый лучший по части отношений из всех существующих. Ты разрывал только плохие, видишь ли.

Он наклонился. Его дыхание отдавало специями, униформа – свежим, чистым крахмалом, как того требовал Далинар. Его губы коснулись ее губ, и ее сердце затрепетало. Так тепло.

– Не спариваться!

Она резко остановился, оторвавшись от поцелуя, и увидела Узора, зависшего возле них, быстро сменяющего формы.

Адолин засмеялся, и Шаллан не смогла не присоединиться, учитывая всю нелепость ситуации. Она отступила от него, но продолжила держать его за руку.

– Никто из нас этого не испортит, – сказала она ему, сжимая его руку. – Несмотря на то, что иногда может казаться, что наши лучшие попытки направлены на обратное.

– Обещаешь? – спросил он.

– Я обещаю. Давай поглядим на эту записную книжку и посмотрим, что в ней говорится о нашем убийце.

Глава 14

Оруженосцы не могут брать в плен

 В этой книге я не утаиваю никаких секретов. Я постараюсь не избегать сложных тем и не выставлять себя в ложном героическом свете.

– Из Носителя клятв, предисловие.

Каладин крался под дождём, пробираясь в мокрой униформе по камням, пока наконец не смог взглянуть сквозь деревья на Несущих Пустоту. Чудовища из мифов прошлого, враги всего правильного и хорошего. Разрушители, уничтожавшие цивилизацию бесчисленное количество раз.

Они играли в карты.