Unknown полностью

Ее глаза расширяются от удивления, когда я пытаюсь взять ее за руки. Намерение: притянуть ее для очередного поцелуя. Реальность: она ускользает от меня, уклоняясь, ее задница ударяется о стол, толкая лампу и с грохотом сбрасывая ручки на пол. Нетвердая рука взлетает к ее распухшим губам, нежно поглаживая их подушечками пальцев.

— Я не такая девушка.

Мои пылающие глаза оглядывают ее с головы до пят: джинсы, белая футболка, черный кардиган, сверкающий жемчуг.

Жемчуг. Боже милостивый.

— Тогда какая ты девушка? Одна из тех, кто не любит хорошо проводить время? Или ты просто любительница подразнить?

Мысленно я представляю себе сцену с ней. Случайно сталкиваем наши книги со стола на пол, расчистив его, чтобы я смог усадить ее на край. Стягиваю ее джинсы. Ласкаю ее в местах... повсюду. А внутри — своим членом. Ее клитор, пока наблюдаю, как она кончает, разложенная на столе.

— Ты выиграл свое пари, — начинает медленно Джеймс, разглаживая рукой свой хвостик. — Ты выиграл свои деньги, а я успокоила свое любопытство, — теперь уже настороженные, ее большие голубые глаза перемещаются к столу, где сидят и наблюдают Зик с Диланом. — Тебе пора идти. Твои друзья ждут.

Я отрывисто киваю, моя рука опускается вниз, чтобы наглядно привести в порядок стояк в штанах.

— Спасибо за «синие яйца».

Ее губы подергиваются.

— Пожалуйста.

Я еще раз быстро осматриваю ее с головы до ног, воспринимая иначе, чем десять минут назад. В мгновение ока она превратилась из строгой и несмелой в дерзкую и удивительно эротичную.

Блин, обидно, что она не поддается.

Наконец, я поворачиваюсь к ней спиной, прежде чем побрести прочь, один тяжелый шаг за другим в направлении моих друзей. Я на половину уже пересекаю библиотеку, когда раздается ее задорный голосок, тихо окликая:

— Эй, Оз!

Я останавливаюсь.

Вместо того чтобы полностью развернуться к ней, я только чуть поворачиваю голову, одаривая ее лишь своим профилем.

— Что?

Она молчит нескольких секунд, отчего мое болезненное любопытство вынуждаетменя обернуться. Джеймсон стоит в мягком свете лампы в затемненном углу, ее глаза искрятся остроумием и юмором.

Зачарованный, я приподнимаю в нетерпении брови:

— Ну?

— Маленький дружеский совет, — ее пухлые губы раскрываются и манят меня, когда она мурлычет: — Никогда не суди девушку по ее кардигану, — достаточно громко, чтобы я услышал.

Я замираю.

— Спасибо за совет, но он мне не нужен.

Два часа и двадцать минут спустя этот тихо произнесенный совет стал единственным, о чем я могу думать: никогда не суди девушку по ее кардигану.

Что, черт возьми, это вообще значит?

Раздраженный, я бью по подушке, подбивая ее под голову и пялюсь в потолок от бессонницы, пытаясь выкинуть из головы образ жемчужного комплекта и сосредоточиться на чем-то другом — например, о торчащих сиськах Рейчел Я-не-расслышал-ее-фамилию, чтобы немного раздразнить член. Или упругой маленькой попке Кармен Не-помню-ее-лица. Или о той извращенке-брюнетке, которой я позволил отсосать у меня в библиотеке, прежде чем...

Я плюю в центр ладони, прежде чем та исчезает в моих спортивных трусах. Для лучшего доступа, я приспускаю резинку с бедер через мой невероятный стояк. Сжимаю основание своего твердого стержня, и несколько раз оттягиваю, чтобы снять напряжение, прежде чем приступить к делу, дергаю в устойчивом ритме, пока мое дыхание не становится рванным.

Брови хмурятся от усердия, а кончик языка облизывает нижнюю губу, с каждым толчком закусывая ее зубами. Блин, ощущения офигенно потрясающие, несмотря на то, что это моя собственная чертова рука.

К несчастью.

Мне хватает несколько минут, чтобы дойти до грани, и, сделав еще пару толчков, я извергаюсь и стону, когда моя ладонь наполняется теплой, липкой спермой.

И как в любом романтическом клише, существующем во все времена, я мастурбирую, представляя не восхитительное, безупречное лицо сексуальной блондинки, а свежее лицо Джеймсон Кларк. Ее безупречные волосы. Ее ясные глаза. Эти черные очки, сидящие у нее на носу.

Вселенная на самом деле стервозная, безжалостная госпожа.

Встав с постели, натягиваю резинку трусов на поджарые бедра, провожу рукой по шести кубикам своего пресса, и босиком шлепаю в общую ванную, которую делю с тремя другими ребятами, чтобы ополоснуть руки — и член.

Глава 3.

«Каждый раз, когда я занимаюсь с ним сексом,

приходиться говорить «не в ту дырку».

Отчего у нас обоих начинает появляться комплекс».

Джеймсон

Мое сердце все еще ходит ходуном, когда я залезаю в постель, выключаю свет и плюхаюсь на спину, уставившись в потолок.

Оз.

Придурок Оз.

Самоуверенный. Несуразный. Невыносимый.

Бесстыжий.

Сексуальный.

Боже, какой он был сексуальный. От вещей, которые проделывал его язык с моим ртом за короткий промежуток времени, что мы целовались, по-прежнему захватывает дух, если судить по моему тяжелому дыханию.