Помолчав, наслаждаясь произведённым эффектом, и:
- Думаете, зря большевики через свой Коминтерн русское золото на Запад сплавляют? Думаете, это они так «мировой пожар» разжигают? Не угадали! Репарации нам - ещё до войны выплачивают, да индульгенции себе во спасение покупают.
Помолчав, пошатываюсь:
- Ещё немножко подождём – когда комиссары у мужиков землю забирать начнут, их самих сгоняя в сельскохозяйственные коммуны и начнём… Год или два ещё и, нет никой России… Ни красной, ни белой…
Довольно-таки изрядная толпа переглядывается и перешёптывается:
- Так получается, пан, все большевистские комиссары – сидящие в Кремле, работают на Совет Антанты?!
С досадой цокнув языком:
- В Кремле? Нет, панове - далеко не все, к огромному сожалению. Тогда бы, вообще без единого выстрела всё получилось: войска НАТО вошли бы на территорию бывшей Российской Империи - по приглашению Совета Народных Комиссаров. А вот в Коминтерне и на Лубянке – как бы, не больше половины «наших». В так называемых «союзных республиках» - почти все народные комиссары, всё руководство национальных компартий поголовно. После оккупации, они все останутся в своих креслах и будут править - лишь слегка исправив «вывеску». Ну, например: из просто «коммунистических» - став «национал-коммунистическими»… Или – «мусульманско-коммунистическими», «тюрко-коммунистическими». Всего-то одно слово добавь - а как оно весь смысл меняет, панове!
Наконец, кто-то недоумённо задал общий вопрос:
- А как же мы, господа? Где наше место?
И тут я их, как холодным душем:
- Ваше место возле параши, панове!
Насладившись произведённым эффектом, поясняю:
- А зачем вы нужны России и тем более – её огрызкам? Вы плохо управляли той Россией, ещё хуже воевали в Японскую и Мировую войну – больше в плен сдавались. Вы плохо воевали в Гражданскую войну - больше по парижам отсиживались. Вы останетесь там - где есть, панове! Париж, Берлин и Харбин – уже привыкли к русским швейцарам, таксистам и шлюхам.
Не заметил, как звенящая тишина сменилась угрожающим гулом – как растревоженный пчелиный рой, при попытке Вини-Пуха стырить мёд. В воздух взметнулись трости и зонтики. Толпа, человеческих особей в двадцать - в коей наблюдались и крайне возбуждённые дамы, надвигается на меня как стая рыжих собак на Маугли. Журналистов с коих всё началось - нигде не видно, первым вплотную подскакивает офицерик с гвардейскими усиками. Левой рукой хватая меня за грудки, а правой с зажатым канделябром – с хищным прищуром целясь мне прямо в «табло»:
- Ах ты, куРва пшекская!
Так, меня ещё никогда не оскорбляли и, взревев боевой шляхетский клич…:
- Пся крев!
…Опередив буквально на мгновенье, лбом бью его в переносицу – брызги крови на моё лицо и сопли в стороны, а перехваченным канделябром – отмахиваюсь от ещё двух взбесившихся эмигрантов с тростями.
Вспомнилось ещё одно ругательство из популярного в моей юности польского фантастического фильма:
- Курва матка!
В меня полетели предметы сервировки столов вместе с их содержимым. Метнув боевой подсвечник в толпу – чтоб выиграть время, хватаю столик и прикрывшись им как щитом - пытаюсь пробиться на выход.
Тщетно!
Разворачиваюсь и запрыгнув на соседний столик…:
- Ще польска не сгинела!
…Метаю свой столик в окно и, почти вместе с ним и брызгами стёкол - выпрыгиваю наружу. Умудрившись остаться на ногах, несусь как олень по какой-то там Авеню, за спиной слыша всё более и более отстающий топот и, крики:
- Держи чёртова ляха!
Смотрю, а впереди бегут со всех ног ещё двое… А эти что натворили, интересно?
Поравнялись, пригляделся – да это ж мои журналисты!
Куда это они так быстро? Неужели в редакцию журнала «Современные записки»?
- «Динамо» бежит, панове? А «Трудовые резервы»?
Ну, что вам - трудно ответить: «Все бегут!»?
Молчат, пыхтят, дико косясь… Ну, да ладно - мне с вами всё равно не по пути.
Сворачиваю в ближайший же переулок и был таков.
Моё дело – «прокукарекать», а там – хоть не расцветай!
Вот жаль только - шляпу свою в стиле «а-ля Аль Пачино», пролюбил…
***
Операция «Вброс дохлой кошки» продолжается.
К моменту моего приезда в Париж, Советское посольство и особенно Торгпредство в нём – напоминало, если не Ноев ковчег с его парными скотами - то Вавилонскую башню после смешения языков, это точно. К моменту образования СССР и, даже несколько позднее - каждая из республик пыталась вести свою собственную внешнюю политику и торговлю и, в почти каждой из них имелся свой Наркомат иностранных дел.
Когда же после подписания союзного договора, это явление обозвали «национал-уклонизмом», а саму прерогативу отдали общесоюзному Наркоминделу под началом товарища Чичерина - всех этих «суверенных» дипломатов, потребовалось куда-то срочно пристроить – чтоб на своих национальных украинах не барагозили. Вот их и распихали по советским посольствам представительствам за рубежом. Дольше всего за «национал-уклонизм» держалась Украина и Грузия. Вот их «дипломатов» и, было больше всего в Советском посольстве во Франции.
Толку от них никакого, зато и вреда меньше – оставайся они «дома» со своим местячковым сепаратизмом.
