Борис ушёл, а потом и вовсе куда-то исчез, уже от соседей узнала, что на конференцию какую-то уехал. И то легче стало, ведь уже на себя грешила. Февраль принёс не только лютые морозы, снежные тучи, но и не забыл про плохое настроение. На работу не хотелось страшно, а в связи с напряжённым графиком и самочувствие подводило. Частенько болела голова, усталость накатывала вдруг, но очень сильно, абсолютно отсутствовал аппетит и вообще, выглядела Лера теперь не лучшим образом. На работе косые взгляды сотрудников уже прилично надоели, хотелось спрятаться ото всех и не появляться. Лера стала такой чувствительной, что и самой противно, но держалась из последних сил, казалось, последний рывок и победа, но до этого ещё нужно было дожить. Вылилось всё в то, что раздражала даже собственная секретарша. Так Лера и не сдержалась, когда та очередной раз принесла документы на подпись и затравлено посмотрела в её сторону.
-- Мария, закройте дверь и сядьте.
Специально выбрала строгий деловой тон, чтобы раз и навсегда поставить девушку на место, наверно и этого было бы вполне достаточно, но выдался очень уж тяжёлый день и… в общем, сорвалась.
-- Маша, у вас ко мне какие-то претензии?
-- Нет, Валерия Павловна. – Тихо ответила она и опустила взгляд в вол.
-- Отлично. Но я ведь не слепая и всё замечаю. То, что говорят обо мне остальные, я прекрасно знаю, и вполне понимаю их реакцию, но от вас, признаю, не ожидала.
-- Извините.
-- Не извиняю и хочу услышать, чем конкретно я так вас напрягла. Согласитесь, это моё право.
-- Меня всё устраивает. – Упорно твердила секретарша и Лера смягчилась.
Вышла из-за стола и присела на стул рядом, скромно улыбнулась.
-- И ты меня извини, сорвалась на тебе, знаю, не стоило. Но мне на самом деле не нравятся эти твои недомолвки. Ты обещала стать мне подругой, а теперь стоишь в стороне.
-- Это не моё дело.
-- Что именно?
-- У меня достаточно простые взгляды на жизнь и я никогда не понимала женщин, которым всегда мало того, что они имеют. Я вас не осуждаю, честно, но… так нельзя.
-- Ты меня пугаешь, ты о чём?
-- Я о том, с какой лёгкостью вы готовы разрушить чужую жизнь, и при этом вам ведь никто не нужен.
-- Ах-ха, -- Лера даже рот открыла от такого признания, не ожидала, -- так ты о мужиках? Напугала меня своей прелюдией. Не бери в голову, таких, как они, жалеть нельзя, зазнаются.
-- И всё равно это неправильно. Вы, с вашей внешностью, положением, умением себя подать… вы ведь любого выбрать можете, и он ваш будет. Вот, как наш Прохоров. А вы чужих мужчин отбиваете. Это неправильно. И жених у вас есть.
-- Ты говоришь мужчин? Кого имеешь в виду, что-то я не пойму?
-- Да всех, кто вас окружает. Вы ведь хотели начистоту? Так вот, и Арсен Багатян, вы же говорили, что он женат, а он… чуть ли не на руках вас вынес на дне рождения, помните? – Лера кивнула, но молча. – А как с Игорем Владимировичем обнимались, все ведь видели, а он женат.
-- Женат, -- не удержалась Лера и ухмыльнулась, -- бедная девочка.
-- Про Александра Дмитриевича я вообще молчу. Кристина конечно стерва порядочная, но разбивать семью только по своей прихоти – это низко.
-- Прихоти? Значит, так все считают?
-- Я не знаю, как считают все, я стараюсь это ни с кем не обсуждать, но это моё мнение. Вы просили честно, я сказала честно. Я понимаю, вы такая, какая есть, но кроме вас есть и другие люди, а как бы вы поступили на её месте? Это ведь очень больно, когда тебя любимый придаёт.
Маша так яростно отстаивала права оскорблённых и обманутых женщин, что Лера готова была премию ей выписать, за самоотверженность, только не до смеха вдруг стало. Со стула она поднялась, медленно подошла к окну, что-то пыталась там отыскать, а потом вдруг, не оборачиваясь, заговорила.
-- Я знаю, как бывает, когда тебя предают.
-- Вы?
-- А что тебя так удивляет? Или ты считаешь, что я ем сердца мужчин на завтрак, обед и ужин? В одном точно права: никто мне не нужен, все мусор под ногами. Но в тех троих, ты реально ошиблась.
-- Если вас кто-то обидел, никто больше в этом не виноват.
-- Арсен – он мой кум на самом деле. Я его детей крестила, помогла ему когда-то, оттого и отношение ко мне такое. Райковский – тот ещё гад, но на него реально не претендую – не в моём вкусе. А вот с Синицким всё не так просто. Ты говоришь, как бы я поступила? Так вот, я бы никогда своего мужчину не отдала. Никому. – Лера сжала пальцы в кулаки и тут же разжала их, спокойно улыбаясь. Повернулась и присела на подоконник, теперь глядя Маше прямо в глаза. – Поэтому ты и видела, то, что видела.
-- Я вас не понимаю.
Маша уже пожалела, что вот так всё выложила, но отступать было некуда, да и Лера не отпускала.
-- А что тут понимать? – Плечами пожала нервно, если бы курила, то точно бы за сигаретой потянулась. – Синицкий мой муж. А Кристина, которую ты сейчас так защищала – подстилка подзаборная, шлюха, которая спит с МОИМ мужем, живёт в моём доме, работает в моей компании, и при этом претендует ею завладеть; а так же крутит своим задом перед моим носом и ещё качает права. Как тебе? И как, по-твоему, я должна поступить?
