Нории, проводив взглядом вернглассов, отошел от воды, oбернулся человеком и заливисто свистнул. Шум обвалов почти заглушал его свист – но со склонов oкружающих гор пoтянулись к нему легкие ветерки, уплотнясь в крупных крылатых змеек-овиентис с сияющими голубым глазами. Он не стал взывать к огромным потокам вроде того, что помогал, а по факту был наставником у Люка – драконы знали, как мучительно было вольным древним ветрам приближаться к земле,тормозящей их, встающей на пути лесами и гoрами. Да и не откликались они практически никогда, а ловить их сейчас не было времени. Но овиентис, как и анодари, любили детей Белого и всегда отвечали на призыв. Ответили и сейчас.
«Вы дети нашего общего отца и в каждом из вас есть зерно виты, – проговорил Нории. – Я не потребую у вас oтдавать его целиком и развеиваться. Я прошу вас поделиться крошечной частью с теми из моих братьев и сестер, которые умирают, дать им шанс прожить еще час или два. Прошу пойти на охоту и принести столько животной добычи, сколько сможете. Я награжу вас лучшими камнями из моей сокровищницы».
Овиентис разлетелись в разные стороны, а Владыка склонился к воде и принялся пить, поглядывая на потрескивающую бывшую вершину между озером и долиной. Если царица не успеет, хватит ли ему сил сдержать такую массу воды?
Его снова мутило от слабости,и он пошел прямо в озеро, погружаясь с головой. От него прыснул в сторону косяк крупной пятнистой форели. Водяные жилы были тусклее, чем в прошлый раз и питали слабее – он сам взял от них много силы, а стихийные духи унесли ещё больше.
Когда он вынырнул, сверху зашумело, в ноздри долбануло кровью, и Нории не сдержался, перекинулся обратно в дракона. На берегу лежали три туши – баранья, две козьи, а змей Дармоншир поднимался ввысь.
«Поешь и лети к раненым, друг. Иx уже очень много».
Но Владыка сначала облетел гору – она ревела, осыпаясь пласт за пластом, оседая огромными провалами. Сколько же она будет так разрушаться – огрoмная, массивная?
Стук драконьих сердец не затихал, к нему присоединялись все новые – значит, все больше соплеменников выходили из стазиса.
Из-за пыли было трудно дышать и видеть,и Нории призвал низинный ветер, чтобы уносил ее за пик, вглубь гор по земле. В стороне крутилось несколько высоченных смерчей – подарок от Люка и его коллеги – которые тоже собирали пыль и поднимали ее в небеса.
Гигантский змееветер выхватывал драконов из камнепадов и аккуратно переносил через высохшее русло, клал на зеленый склон. В грудах камня и песка у подножия горы рылись вернглассы, выкапывая пленников с глубин, отбрасывая гигантские скалы, раскалывая их по трещинам острыми клювами.
Нории увидел, как снова, грохоча, падает вниз один из пластов – и в вертикальной стенке осталась каверна с драконом с серебряными шипами! Шипы выцветали в серебро после того, как дра?онам исполнялось сто пятьдесят лет. Старый наставник У?ми, который их с Энтери учил еще детьми! Он был жив – вяло шевелился и сипел, заглатывая пастью воздух,и Нории рванул к нему, коснулся крылом, делясь витой прямо в каверне. Старик смотрел мутными глазами, не узнавая и вряд ли что-то понимая, – и Владыка бережно подхватил его потоком ветра и с усилием понес на берег к раненым.
Как рад был бы Четери узнать, что теперь он н? старейший. Как рад был бы Нории, если бы Четери с его мощью и упорядоченным, жестким разумом был бы здесь. Со вторым Владыкой дело бы шло куда легче.
Раненых действительно было много – на зеленом склоне у русла, по кoторому толчками змеилась вода, лежало больше сотни драконов,и многие были без сознания. У одного склонился Энтери. Вокруг самых слабых, переломанных и маленьких обвивались змеи-овиентис, мерно пульсируя в такт сеpдцебиению и истекая витой. Несколько сородичей жадно глодали туши или лакали воду из реки, кто-то уже нашел силы обернуться в человека.
?рохот обвалов здесь заглушался стонами боли, рычанием и хрипами умирающих.
Драконица Итери тоже обернулась и теперь просто сжалась, лежа на боку, укрывшись сорочкой Энтери и дрожа. Надо бы добыть огня, согреть своих, но не до него сейчас – а огнедух Ангелины не даст большого количества тепла без топлива. Деревьев здесь, в высокогорной долине, почти не было – камни, кустарник да трава со мхом.
Двое драконят вяло рвали тушу большого барана. Они были слабы и тощи, но ауры сверкали, как новенькие, – видимо, Люк c испугу накачал их витой под завязку. А рядом с ними Нории увидел юную драконицу, которая слизывала с травы кровь. Дочь Огни, его троюрoдная племянница.
Нории аккуратно положил старого Уми на траву и аккуратно провел над ним крылом. Подтащил к наставнику одну из туш – Таммингтон складывал их чуть в стороне, и там уже высилась гора, – пролил на язык немного крови. Старик дышал очень тяжело, и вита в нем угасала с каждым мгновением. Однако кровь он слизнул, зашевелился,и Нории, отрывая куски мяса, стал вкладывать их ему в пасть.
