- Это просто страсть как прекрасно, Сент-Энтони, что мы встретились после отъезда из Парадизо, а если выражаться языком грубым, Сент-Джордж, с тех пор, как мы свалили из Италии. «Италия! О, Италия!». Остальное я забыл, может быть, ты помнишь. Самое лучшее во всей этой истории, клянусь Гаспаром!
Сент-Джон очень любил искусство, в общем, он был покровителем изящных искусств, рассылал заказы в студии наиболее прославленных скульпторов Италии и обо всех предметах рассуждал лишь с точки зрения того, могут ли они служить материалом для художника. В соответствии с принципами школы, учеником которой был мистер Сент-Джон, единственная польза от человеческих страстей - создание ситуаций для исторического художника, и природу, по мнению приверженцев этой школы [Греч: to kalon], должно ценить лишь за то, что она предоставляет намеки для более полного понимания Клода или Сальватора.
- Клянусь кольцом Венеры, чертовски прекрасная женщина! - воскликнул Сент-Энтони.
- Превосходная дама! - рявкнул Сент-Джон. - Столь свободные манеры, грациозная осанка, выпуклая ключица. Что за материал для Ретча!
- Во имя Граций, кто это, мио санто?
- Да, назови имя этой сеньоры белиссима.
- «Лакомый кусочек», как ты выразился, Сент-Джон, это моя сестра.
- Черт!
- Диаволо!
- Ты представишь нас ей, святейший из людей?
Они оба попросили об этом, одновременно приглаживая усы.
Двоих святых представили должным образом в свое время, но оказалось, что внимание мисс Фейн всегда чем-то поглощено, и, получая не очень воодушевляющие ответы от леди Мадлен, они объявили ее светлость чертовски язвительной дамой, пройдя общую цензуру раздражающей холодности английской дамы, они теперь сутками вертелись в апартаментах мисс Фицлум, которой их представил Сент-Джордж как своих самых близких друзей, и там их приняли с большим дружеским теплом.
- Клянусь аспектом Дианы, прекрасные девушки, - божился Сент-Энтони.
- Великолепные цвета! Настоящая венецианка! Аурелия - идеальная модель Джорджоне! - подтверждал Сент-Джон.
- Мадлен, - однажды утром сказал Сент-Джордж сестре, - ты не возражаешь составить нам с Фицлумами компанию, чтобы провести день в Нассау? Ты ведь знаешь, мы часто это обсуждали, самочувствие Вайолет сейчас так улучшилось, а погода так хороша, конечно, никаких возникнуть возражений не должно. Фицлумы - милейшие люди, и хотя ты не в восторге от этих святых Санти, все же, клянусь, когда ты познакомишься с ними ближе, увидишь, что это - очень приятные люди, невероятно благожелательные, прекрасная компания для такой вечеринки. Не отказывай мне. Я твердо настроен на то, что вы к нам присоединитесь. Умоляю, кивни в знак согласия. Теперь я должен идти, мне надо всё организовать. Давай посмотрим: Фицлумов семь человек, потому что нам следует ожидать не менее двоих мальчиков, кроме того, ты, Грей, Вайолет и я, то есть - четыре, святые Санти, ладно, достаточно, приятнейшая компания. Полдюжины слуг и столько же ослов будут везти провизию. Мы поедем в трех легких экипажах. «Клянусь жезлом Меркурия!», - как побожился бы Сент-Энтони, прекрасный план!
- Клянусь дыханием Зефира! Чудеснейший день, мисс Фейн, - сказал Сент-Энтони в день экскурсии.
- Настоящий Клод! - сказал Сент-Джон.
- Почти так же красиво, как зимним днем в Италии, мистер Сент-Леже? - спросила мисс Фейн.
- Едва ли! - ответил Сент-Энтони, восприняв этот вопрос всерьез.
Экипажи стояли у дверей, в первый экипаж села миссис Фицлум с двумя дочерьми и путешествующие святые. Второй экипаж вез леди Мадлен, мистера Фицлума с двумя сыновьями, в третьем ехали мистер Сент-Джордж и Аурелия Фицлум, мисс Фейн и Вивиан.
Экипажи неслись вперед, день был прекрасный, на небе - ни облачка, веял зефир, спасая от солнцепека. У всех было прекрасное настроение, Сент-Джорджа назначили церемониймейстером, и он рассадил компанию по экипажам к вящему удовольствию путешественников. Сент-Энтони поклялся душой Психеи, что Августа Фицлум - ангел, а у Сент-Джона такой же восторг вызывала Араминта, взгляд которой напоминал ему Флору Тициана. Миссис Фицлум по природе своей была склонна к молчанию, не прерывая поток красноречия святых Санти, громогласно проявлявших свое фатовство, а четыре сестры все время его хвалили. Мать сидела и восхищалась этими отпрысками благородного древа. Молодые Фицлумы в пунцовых галстуках с огромным воодушевлением беседовали с леди Мадлен, а их счастливый отец смотрел на них с довольством и любовью, мысленно уже представляя, как их скоро зачислят в полк.
Дорога из Эмса в Нассау вьется по берегам Лана, два лье очаровательного пейзажа, в конце пути с вершины величественной горы, покрытой густым лесом, открывается вид на высокую башню старинного замка Нассау. Извилистая тропа огибает гору и петляет в разнообразии лесного пейзажа, отовсюду можно любоваться окрестностями. Наконец, вы попадаете в старый замок, просторные палаты которого хоть и превратились в серые руины, поросшие кустарником, все равно хранят печать величия своего бывшего господина, могущественного барона, своим мечом завоевавшего для потомков трон.
