Unknown полностью

Этот аргумент в пользу конкурентного политического порядка должен был бы, мне казалось, привлечь экономистов, которые, в конце концов, утверждают, что они разрабатывают эмпирическую науку и по этой причине должны приветствовать мир экспериментов, проводимых многими независимыми странами, каждая предлагающая свою политику. Однако, мы постоянно слышим, как экономисты (многие из них с экономическим образованием) выступают против режима независимых национальных государств, исходя из предположения, что экономическая эффективность будет максимальной на едином мировом рынке, в котором уничтожены все национальные границы. Как Хайек выразился, мир без национальных границ будет тем, в котором все конфликты интересов будут возникать между "группами, постоянно меняющимися по композиции", а не между национальными государствами с постоянной внутренней солидарностью, и, следовательно, с упорно фиксированной местной политикой. Таким образом, экономист, гордящийся своим эмпиризмом, пока речь идет о национальной экономике, где он поддерживает конкуренцию между независимыми предприятиями, дабы обеспечить прогресс свободных инноваций, внезапно превращается в рационалиста, задумываясь о мировой экономике. В мировой экономики ему безопаснее, как всякому рационалисту, полагать, что правила, необходимые для процветания экономики человечества, уже открыты, и центральный руководящий орган сможет определять политику, подходящую для всего человечества, и от такого централизованного планирования все будет процветать!

Именно таким рационалистическим теориям противостояла Маргарет Тэтчер в Европе, утверждая, что попытка предоставить центральному экономическому органу полномочия по выработке политики во всех странах положит конец "разнообразию и конкуренции между государствами", что является условие для успешного свободного предпринимательства". Как она пишет:

Было заявлено, что целью было создание "равных условий для игры". В этой фразе есть обнадеживающий оттенок, но на самом деле она заключает в себе фундаментальную ошибку, связанную с торговлей. Свободная торговля позволяет фирмам из разных стран конкурировать. Но поскольку "равные условия игры" останавливают ту часть конкуренции, которая исходит от различных регулирующих систем, она на самом деле снижает прибыль от торговли ... Если гармонизация выходит за рамки технических стандартов и тому подобного, а также применяется к трудовому законодательству, социальному обеспечению и налогообложению, это глубоко разрушительно с экономической точки зрения. Это происходит потому, что конкуренция между разными странами за обеспечение наиболее благоприятных международных условий для предпринимательства являются мощным двигателем экономического прогресса.

По Тэтчер, подлинный эмпиризм заинтересован в различиях экономик разных стран. Это верно и в экономике, и в любой другой сфере: конкуренция между независимыми национальными экономиками откроет широчайшее поле для экспериментирования, ведущего путем проб и ошибок к прогрессу как в структуре законов и регуляций, так и в налогообложении и видах торговых соглашений, заключаемых между странами - достижениям, которые не возможно достичь в контексте единой, навязанной всем экономической системы. Такие инновации будут осуществляться независимыми национальными государствами, конкурирующими друг с другом, и затем имитироваться и распространяться по всему миру, принося пользу странам, первыми их принявших.

Добровольная координация между странами всегда желательна там, где есть очевидные общие интересы. Тэтчер упоминает сотрудничество между странами в установлении технических стандартов, позволяющих компаниям конкурировать заграницей, и также легко она могла бы упомянуть сотрудничество в вопросах безопасности, окружающей среды, здравоохранения, помощи при стихийных бедствиях и т.п. Такое сотрудничество может принести пользу каждой стране, пока оно остается строго в рамках соглашений между полностью независимыми странами и не подчиняет их полномочиям международных органам, принимающим решения за них.