Нимрод, в свою очередь, в любовь принцессы не верил. Но, испытывая к ней неподдельную страсть, больше рассчитывал с помощью этого брака упрочить свое положение при дворе.
Как далеко шли притязания юноши? Узнай о них Син-аххе-риб, или Арад-бел-ит, или Ашшур-аха-иддин — Нимрод поплатился бы за это головой.
Его древний обнищавший род спокон веку стремился к власти, не брезгуя ни подкупами, ни заговорами, ни убийствами, при этом всегда оказываясь на стороне проигравших, за что и расплачивался кровью. С его прадеда живьем сняли кожу, деда сварили в кипятке, отца разорвали лошадьми, одного дядю оскопили и отправили на рудники, другого бросили на съедение свиньям, старшие братья погибли в бою, примкнув к эламским мятежникам.
То, что, в нем, колесничем, тоже течет царская кровь, как-то все забыли. Кроме него самого. Нимрод был единственным сыном двоюродной племянницы одной из многочисленных жен царя Шарру-кина II.
Брак с Хавой мог вознести Нимрода на такую высоту, о которой его предки не смели и мечтать. Думал ли он о троне? Каждый день и каждый час.
— Ты невозможен, — урчала она в ответ на его ласки. Потом шептала: — Я же тебе говорила, мне сегодня лучше не заниматься любовью. Моя служанка утверждает, что эти дни самые опасные…
Они прятались от знойного солнца и неосторожных взглядов охраны в высокой траве под сенью старого орешника, сбросив одежды, переплетаясь нагими телами, и ловя жадные вздохи любви.
Принцесса зашла к деду наутро по возвращении его из похода на Тиль-Гаримму и попросила дать ей Нимрода, чтобы прогуляться на колеснице за город. Говорила уже не таясь, приободренная словами колесничего о том, что царь благословил их связь.
— Я потерял счет времени, когда был в походе, — оправдывался юноша, пытаясь поймать для поцелуя ее тонкие ярко-алые губы.
— Довольно, — нежное создание мгновенно превратилось в тигрицу. — Хватит, говорю, на сегодня!
Нимрод нахмурился.
— Ты играешь со мной, как кошка с мышкой.
— Разве тебе это не нравится? Какой мужчина на твоем месте отказался бы от того, чтобы стать мышкой?. . Не дуйся. Мне не нравятся мужчины, которые впадают в отчаяние от одного строгого слова своей возлюбленной.
— Я хочу просить твоего отца…
Хава резко перебила его:
— Стать твоей женой? Да ты безумец!
— Разве Син-аххе-риб…
— Причем здесь мой дед? Или мой отец? Когда я захочу, я сама выберу тебя. Но не раньше, чем отец займет ассирийский престол!
Нимрода это признание опустило с небес на землю.
— Могут пройти годы…
— Иногда ты кажешься мне таким глупым, что мне хочется тебя задушить.
Ее настроение снова изменилось. Последние слова Хава произнесла почти нежно, позволив Нимроду покрыть поцелуями ее руки, плечи, и шею, и губы.
— Все, все, все, — задыхаясь, остановила его принцесса. — Не увлекайся.
Они легли рядом, обнявшись. Солнце катилось к закату. Южный сухой ветер осторожно разглаживал траву и играл в прятки в кроне деревьев.
— Это лето будет жарким, — подумал вслух Нимрод.
— Куда более жарким, чем тебе кажется. Закуту сплачивает вокруг себя предателей и готовится нанести моему отцу удар в спину.
— Разве такое возможно? Ни Син-аххе-риб, ни жречество не пойдут против закона и обычаев. К тому же Син-аххе-риб, поставив Арад-бел-ита во главе своей армии…
Лицо Хавы исказила гримаса отвращения:
— Дед всего лишь переложил бремя неудобной войны с киммерийцами с себя на плечи моего отца. Ты слышал, что говорят об этом сановники и двор? Что стоило Арад-бел-иту взять на себя командование, как мы тут же потерпели поражение.
— Син-аххе-риб мудр и справедлив…
— Оставь моего деда в покое. Думай не о нем, а том, как отвадить от него эту злобную гиену.
— Вряд ли у нас это получится, — Нимрод озадаченно потер лоб. — Ты же видишь, как она в него вцепилась, ни на шаг от себя не отпускает после возвращения из Тиль-Гаримму.
Хава недовольно наморщила свой маленький носик и снисходительно заметила:
— Глупости. Он насытится ею быстрей, чем ты думаешь. Чего можно ждать от мужа, если в его постели женщина, которую он знает три десятка лет?
— Так-то оно так, но если бы ты слышала, сколько раз по пути в Ниневию он предавался воспоминаниям о лучших днях, что их связывают…
Девушка перебила его:
— С этим уже ничего не поделаешь. Сейчас они вместе, и — ты прав, до конца пира Закуту его не отпустит. И все эти дни она будет уговаривать его отступиться от принятого решения. Но ты плохо знаешь моего деда, если думаешь, будто это поможет. Он не скажет ей ни да, ни нет. А когда ее время кончится, рядом с царем снова окажутся его советники. Нам важно, чтобы это были те, на кого может положиться мой отец. Царя следует подтолкнуть к мысли, что только указ о престолонаследнике положит конец всем этим слухам и смуте, которые изо дня в день расшатывают трон. Давай вместе подумаем, кто из вельмож мог бы в этом помочь?
— В походе я сблизился с царским писцом Мар-Зайей. Не уверен, что он на нашей стороне, но это точно верный ход. Похоже, он скоро станет царским любимцем.
— Писца надо перетянуть на нашу сторону. Выясни, кто имеет на него влияние, чем можно его подцепить. Кто еще?