- Слава, я люблю тебя! Вас обеих. Дороже тебя и Леночки у меня в жизни никого нет. Прости, я не должен был без твоего разрешения сочинять, что у нас есть общая дочка. Так предложения руки и сердца не делают, я, правда, собирался сделать это красиво и незабываемо, но... Я всё испортил, да?
- Уверена, что хочешь об этом поговорить? – после непродолжительного молчания спросил Дёмин. – Ты же знаешь, как я отношусь к Лене? Никогда не воспринимал её чужой, наоборот, мне всегда хотелось дать ей своё отчество и фамилию. Я люблю Леночку, как свою, потому что нянчил её на руках, потому что она твоя дочь и потому что это самая замечательная девочка на свете. Мне всё равно, кто стал её биологическим отцом, лично я собираюсь стать для неё отцом настоящим.
- Может быть, когда ты всё узнаешь, - еле слышно произнесла Ярослава, - то посмотришь на неё и меня совсем другими глазами? Я не просто так столько лет хранила эту тайну. И... мне надо, наконец, высказаться. Понимаешь? Я хочу, чтобы ты узнал правду, мне это важно.
- Боже, Слава, ну что такого страшного ты можешь мне сообщить, о чём я и сам бы не догадался? Давай для начала выслушаем мою версию, а потом твою?
- Зачем?
- Боишься довериться моей интуиции?
- Нет. Хорошо, говори первый.
- Лена у тебя от Влада...
Ярослава резко вскинулась, но Дёмин жестом попросил не перебивать.
- Спросишь – почему я так в этом уверен? Отвечу просто – ты очень правильная и порядочная, к тому же, много лет болела Дерюгиным, кроме него никого не замечала. Ты просто не могла лечь с другим, даже ему в отместку за очередную любовницу. Я не сомневаюсь – именно Влад сделал тебе ребёнка. Но тут возникает вопрос – почему сам он понятия не имеет о дочери и более того, относится к ней с предубеждением? Почему Владимир считает, что ты родила её от кого-то другого? Ответ у меня один – когда вы были вместе, Вовка лыка не вязал. И наутро позабыл, с кем переспал, а ты постеснялась напомнить. Из этого следует третий вопрос – почему ты так и не призналась ему, что Лена его дочь? И наиболее вероятная причина меня совсем не радует – Влад сказал или сделал что-то такое, что побудило тебя молчать и дальше. Когда я об этом думаю, то мне хочется оторвать ему язык и яй... кое-то лишнее. Ведь ты не только ему не сообщила, ты даже Светлане ничего не рассказала.
- Лена совсем не похожа на Влада, - прошелестела Ярослава. – Ни у кого и мысли не возникло, что они... что он... А ты догадался, единственный из всех!
- Потому что я хорошо знаю тебя, Слава. Повторю – ты даже в опьянении не легла бы с другим. Что же тебе сделал этот урод, почему ты так долго всё скрывала?
- Потому что, - она опустила голову и прикусила губу, пытаясь болью прогнать злые слёзы. – Я была такая дура! Наивная, восторженная, по уши влюблённая идиотка, которая, как ты правильно заметил, никого, кроме него не замечала. Это случилось во Владимире, где тогда жил Дерюгин. У него был день рождения, я случайно узнала, что он собирает народ на даче. Не помню, чья дача – он её снял, что ли?
- Вовка праздновал юбилей – тридцать лет, - добавил Глеб. –Я тоже получил приглашение, но не смог вырваться – уж тогда работал в Москве, у Новицкого.
- А меня он не пригласил, - вздохнула Ярослава. – И я решила, что всё равно его поздравлю – явлюсь без приглашения, сделаю сюрприз. Но дорога до дачи оказалась слишком мудрёной, таксист заблудился в трёх СНТ, и на место я попала ближе к полуночи. Все уже перепились, орала музыка, мелькали всполохи разноцветных фонарей, по самой даче и прилегающему участку хаотично перемещались гости. Долгое время на меня никто не обращал внимания. Я ходила по первому этажу, отбиваясь от желающих выпить на брудершафт или потанцевать, и никак не могла найти именинника. Пока, наконец, кто-то не подсказал, что видел его поднимающимся на второй этаж.
- И ты...
- Да, я пошла наверх. И сразу наткнулась на парочку, которая сопела и пыхтела, пристроившись на подоконнике. Я попятилась, намереваясь скорее уйти, и нечаянно задела одну из дверей. Та открылась, я ввалилась в небольшую комнату, где на кровати, распространяя запах перегара, храпел Дерюгин. Стало понятно, что поздравлять его сейчас не имеет смысла. Такси уехало, автобусы уже не ходят, в город добираться не на чем, а внизу полно упившихся парней. И я решила остаться в этой комнате.
Сначала просто сидела на полу – ни одного стула не нашла, выходить же из комнаты побоялась. А потом устала и прилегла на краешек кровати. Что было дальше, думаю, понятно, - снова вздохнула Шанская.
- В общих чертах, - кивнул Глеб. – Дерюгин ночью проснулся и обнаружил в своей постели девушку. А ты...