- В том-то и дело, что её эта двушка была. Мать давно мне рассказала, - вздохнул Валерий. – Только она ещё говорила, что имеет право жить в ней, сколько захочет, я и подумать не мог, что Ярослава однажды отберёт у матери единственное жильё.
- Наверное, это она мне за Владика мстит, - предположила Ада. – Мне и маме, ведь она на мою сторону встала.
- Дочь, поеду я домой. Мать одна не справится. Да и вещи… Попробуй, наживи, а проср…ать можно за день. Поговорю с друзьями, может, кто разрешит нам вещи на дачу или в гараж сложить.
- Папа, а как же я? Хасан…
- Соглашайся, дочка! Видишь, не судьба нам в столице жить, а за эти деньги, что тебе дают, ты у нас хорошую квартирку купишь. Может, даже трёшку – тебе комната, вторая нам с матерью и зал – гостей принимать. Давай, не глупи, бери, что дают. Пока дают.
Выдавая ЦУ, Валерий метался по комнате, суетливо скидывая в сумку одежду.
- Эх, вот и пошиковали… А всё Маринка – сдалась ей та Москва? Хорошо же жили, чего не хватало? Всё ваша бабская сущность. Вечно вам всего мало, вечно хочется, чтоб «не хуже, как у людей», - последнюю фразу он произнёс, подражая голосу и интонациям супруги. – Или нет – чтоб лучше, чем у других. Чтоб соседки смотрели и завидовали! Давно надо было выдрать, как сидорову козу…
- Кого? - от удивления Адель не удержала вопрос в себе.
- Да обеих! – взвился родитель. – Что твоя мать дура, что ты идиотка.
- А я-то при чём? – возмутилась дочь.
- При том, что берегов не видишь. Был у тебя мужик, денег не жалел, так тебе захотелось большего. Сказку читала, в школе её учили?
- К-какую сказку?
- Про бабку и корыто? Ей корыто дали новое – мало. Захотелось, чтоб всё хозяйство новое да крепкое. Дали. Ей опять мало – барыней пожелала стать. Дали. И так перебирала, пока до царицы не добралась, а потом и на саму… фею, что ли? – не замахнулась. Ну и лишилась всего, вернулась к тому корыту с трещиной. Так и ты, Адка. Начала с богача, потом планку снизила – у сестры хахаля увела. Да ненадолго его хватило. Теперь куда подашься? На улицу, к плечевым? Хороша карьера!
- Папа!!!
- Что – папа? Думаешь, не знаю, что тебе Маринка в уши лила? Знаю! Я тоже налажал – надо было давно вмешаться и спустить вас с небес на землю. Не жили богато, нечего было и начинать! Бес попутал, думал – а ну как выгорит у тебя? Ты ж красивая у нас выросла, тебе только пятнадцать исполнилось, а мужики уже шеи сворачивали. Но одной красоты для бабы мало. Нет, для трали-вали на пару раз вполне хватит. Но чтоб удержать мужика, чтоб он замуж позвал, готов был деньги тратить, а на других и смотреть забыл – девке кроме смазливого личика и приятной фигурки нужно иметь мозги и изюминку.
- Если ты такой умный, то почему такой бедный? Ни жилья своего, ни денег, ни машины?
- Потому что меня моя жизнь полностью устраивала. А теперь… Думал, вырастил дочь, она меня на старости поддержит, но, похоже, просчитался. Дочка выросла такая, что её саму надо поддерживать и пестовать.
- Я не дура! – с обидой прошептала Аделаида.
– Вот и докажи это – продавай долю и приезжай домой! Нечего тут ловить, поняла? – Валерий подхватил сумку и вышел в прихожую. – Ладно, не серчай на меня. Кто ещё наставит на путь истинный, как не отец? Обмозгуй всё, что я сказал, и поступи правильно. Я позвоню, как доберусь и выясню, как обстоят дела.
Отрешённо кивнув, Адель провожать отца не пошла.
Зачем, ведь не на край света уезжает? Да и лишний раз светиться перед захватчиками ей совсем не хотелось.
Сквозь неплотно прикрытую дверь было слышно, как родитель протопал по коридору, потом постучал в соседнюю комнату и вызвал Хасана. С полминуты доносился невнятный бубнёж, а потом хлопнула входная дверь, и всё стихло.
Остаток дня она просидела в комнате, рискнув сбегать в удобства только поздно ночью. А утром уже в семь унеслась в институт.
Увы, там тоже не всё гладко. Вернее, всё сложно.
- Турова, у вас столько пропусков, что мы не знаем, что с вами делать, - декан осуждающе смотрела на нерадивую студентку. – Если успеете закрыть прогулы до зачётной недели – допущу до экзаменов. Не успеете – подам на отчисление.
Пришлось вылавливать преподов, унижаться и краснеть, выслушивая их отповеди. Не от стыда краснеть, от злости – как они с ней разговаривали!!! Поду-умаешь, преступление! Да все студенты прогуливают, что она, уникум, что ли?!
Можно подумать, она в МГУЛ поступила в погоне за мечтой! За мечтой, да не такой! Не для получения профессии, а чтобы иметь статус студентки московского вуза. Она в этот МГУЛ пошла только потому, что для поступления в него хватало самого низкого балла.
И поскольку цель – поймать выгодного мужа, в крайнем случае, щедрого любовника – достигнута не была, отчисляться ещё рано.
Поначалу она честно попыталась исправить ситуацию с прогулами – неделю потратила, бегая за преподавателями!
Но ей столько надавали заданий, выставили такое количество отработок, что Аделаида поняла – её тут скорее уморят, чем допустят до сессии. А ведь там тоже придётся пахать, и не факт, что сдашь!
Нет, нет, здоровье дороже. Ну его, это высшее образование!