Юг. Реконструкция умирала долго. Ее смертельный бой начался, когда демократы захватили Палату представителей в 1873 году, но смерть наступила не сразу. Когда демократы контролировали Палату представителей, стало гораздо труднее проводить в жизнь существующие законы о гражданских правах и невозможно принимать новые, но спорадические попытки реанимировать пациента продолжались до 1880-х годов. Республиканцы, руководствуясь как принципами, так и собственными интересами, по-прежнему были полны решимости добиваться избирательного права для чернокожих.
У Хейса, избранного меньшинством голосов на спорных выборах, в 1877 году была плохая рука, но он усугубил ситуацию, неправильно разыграв ее. Он считал, что только те правительства, которые поддерживают "неприкосновенные права всех", представляют собой "истинное самоуправление", и хотел заставить Юг соблюдать Четырнадцатую и Пятнадцатую поправки. Но контроль демократов над Палатой представителей ограничил его возможности. Палата представителей отказалась выделять средства на армию после 1 июля 1877 года; в любом случае, армия была небольшой - двадцать пять тысяч человек - и была полностью занята на Западе, с опаской наблюдая за индейцами и мексиканской революцией, которая усугубляла проблемы на южной границе.29
Хейс, как и Грант до него, просчитался в своей попытке примирить Юг. Он полагал, что южане будут уважать избирательное право чернокожих. Его стойкие враги, как оказалось, справедливо, никогда не доверяли Югу. Все большие территории Юга теряли право голоса для чернокожих. После 1877 года федеральные войска до конца девятнадцатого века ни разу не были направлены для защиты конституционных прав чернокожих граждан.30
Реконструкция не была обречена на провал. Республиканцы упустили свою возможность принести процветание простым белым и чернокожим людям. Коррупция республиканских правительств и высокие налоги для мелких землевладельцев были не просто клеветой демократов, это были провалы республиканцев. Это, в сочетании с неспособностью противостоять террору, что могло бы сделать правительство, положило конец республиканскому правлению на Юге. Когда республиканцы предпринимали силовые действия против террора, они побеждали. Решение не делать этого убило их партию в переносном и буквальном смысле. Разрушение защитных механизмов, предусмотренных поправками к Реконструкции, также не было неизбежным. Необдуманные назначения Гранта в Верховный суд привели к решениям, лишь немногим менее разрушительным, чем "Дред Скотт". Вновь окрепший Юг означал, что голоса демократов Севера были сосредоточены в ключевых штатах - Нью-Йорке, Нью-Джерси, Коннектикуте и Индиане - демократы достигли паритета с республиканцами.
В национальном масштабе демократы вернулись как партия "нет", определяемая их оппозицией тарифу, Реконструкции и интервенционистскому федеральному правительству, созданному республиканцами. Они воспользовались готовностью Хейса к компромиссу, лишая чернокожих избирателей права голоса, когда это было необходимо, и контролируя их голоса, когда это было возможно, укрепляя тем самым "твердый Юг". Партизанская борьба за Реконструкцию переместилась с Юга в Вашингтон, где возрождающиеся демократы сражались с республиканцами в разделенном федеральном правительстве.
Сдержанность Хейса и Гранта ознаменовала ослабление власти радикалов и нежелание партии определять себя в терминах Реконструкции. Кровавая рубашка" сработала в 1876 году, но со временем ее эффективность снизилась. Не только подавление чернокожих граждан на Юге, но и двусмысленность свободного труда в индустриальном обществе подточили былую силу свободы договора и свободного труда. В результате у республиканцев осталась программа, основанная на процветании, что было не слишком полезно в разгар депрессии.
Противостояние, которого республиканцы добились в 1876 году, было гораздо лучше, чем они могли ожидать. После десяти лет правления республиканцев их результаты вполне могли привести к полному отстранению от власти. Нация находилась в состоянии экономической депрессии и не смогла преодолеть старые разногласия. Индейская проблема не желала уходить; политический компромисс и решение Реконструкции Юга оказались не более чем струпьями на гноящейся ране; демократы Юга чесали эти струпья, надеясь еще больше ослабить республиканцев. Прежде всего, новая индустриальная республика разразилась конфликтами, беспорядками, страхом и гневом. Рабочие - в основном иммигранты - демонстрировали свою силу, чтобы разрушить нацию; их мишенью часто становились железнодорожные корпорации, которые большинству американцев казались столь же необходимыми, сколь и опасными. 1877 год превратился в череду жестоких столкновений.
II
