Построенный на болотистой местности, Пакингтаун изначально не имел практически всех элементов новой городской инфраструктуры: мощеных улиц, тротуаров, канализации, чистой воды и внутреннего водопровода. Домовладельцы затягивали с оплатой взносов, необходимых для подключения к водопроводу и канализации, а домовладельцы, возводившие здания для семей, не купивших землю, зачастую просто отказывались платить. Повсюду были мусорные свалки, грязь и пронизывающая вонь со скотных дворов. Исследование, проведенное в конце века, описывало "внешние антисанитарные условия, не уступающие никаким другим в мире. Неописуемые скопления грязи и мусора, а также отсутствие канализации делают окружающую обстановку каждого ветхого каркасного коттеджа отвратительно антисанитарной".53
Всего в нескольких милях от него, в Гайд-парке, расположенном вдоль озера Мичиган к югу от Чикаго, можно было оказаться на другой планете. В Гайд-парке было все, чего не хватало Пакингтауну: парки, большие частные дома с внутренним водопроводом, канализация и железнодорожное сообщение с центром города. Чтобы защитить себя, Гайд-парк использовал государственное агентство, Комиссию Южного парка, для создания санитарного кордона, который изолировал его жителей от рабочего класса. Законы о вредных привычках в умелых руках все еще могли оказаться грозными, и Гайд-парк использовал законы о борьбе с вредными привычками, чтобы не допустить появления заводов по производству удобрений и других нежелательных производств, вынуждая их возвращаться в Пакингтаун.54
Когда Эллис Чесброу вернулся в Бостон в 1875 году, он столкнулся с тем, что богатые и преуспевающие люди не могут оградить себя от нездоровых условий. Он приехал в качестве консультанта по исправлению санитарного коллапса в этом городе. Его инженерные навыки могли лишь смягчить ситуацию, но не исправить ее. Канализационная система Бостона представляла собой не единую систему, а набор проектов, разработанных в интересах богатых кварталов, но по мере расширения Бостона и пригородного строительства местная элита обнаружила, что не в состоянии отгородиться от более масштабных городских проблем.55
Развитие уличных железных дорог в Бостоне позволило ремесленникам, владельцам небольших магазинов, а также наиболее высокооплачиваемым клеркам и продавцам перебраться в пригороды, которые становились все плотнее и плотнее за счет меньших участков и более дешевых зданий. Мелкие застройщики, строящие по несколько домов за раз, а также индивидуальные покупатели участков обеспечивали доступное жилье. Как правило, это не предполагало перехода в категорию домовладельцев. В ближних пригородах Бостона большинство людей снимали жилье; только 25 процентов владели собственными домами.56
Как только этот процесс начался, элитные пригороды Бостона, в отличие от Гайд-парка, пали перед захватчиками. В 1880-1890-х годах обеспеченные слои населения постепенно отступали за пределы города, по мере того как ремесленники со сравнительно высокими зарплатами и растущее число белых воротничков перебирались за город. Население Роксбери, Дорчестера и Западного Роксбери в 1880-х годах переживало бум. В 1870-х годах Люси Стоун, глава Американской ассоциации женщин-суфражисток, ее дочь Элис и муж Генри Блэквелл жили на Поупс-Хилл в Дорчестере в семнадцатикомнатном доме со 160 деревьями, фруктовым садом, огородом и коровой. В дневниках Элис хорошо отражена жизнь в пригороде привилегированной и развитой девочки из высшего среднего класса. Этот мир исчезал даже тогда, когда она его записывала. Население Дорчестера, а также Роксбери и Уэст-Роксбери выросло с 60 000 до 227 000 человек в период с 1870 по 1900 год. То, что прирост населения этих трех бостонских пригородов примерно сравнялся с приростом населения Сан-Франциско, крупнейшего города Западного побережья, за тот же период, свидетельствует как об их собственном быстром росте, так и о застое в Калифорнии после прокладки трансконтинентальной железной дороги. По одной из оценок, в период с 1880 по 1890 год в Бостон переехало вдвое больше семей, чем проживало там в 1880 году. Население, однако, выросло незначительно, потому что почти столько же переехало из города, многие в пригороды.57
Со временем ближние пригороды стали походить на города. Изначально их отличали небольшие удобства - уличные деревья, доступ к паркам и маленькие задние дворы. Но небольшие рядовые дома на скудных участках и пригородные трехэтажки в Роксбери казались неотличимыми от городских домов и доходных домов. Город втягивал новые пригороды обратно: Дорчестер, Роксбери и Западный Роксбери стали частью Бостона, так же как Гайд-парк и Пакингтаун были присоединены к Чикаго в конце 1880-х годов, а Квинс, большая часть Бронкса и Бруклин, уже ставший самостоятельным крупным городом, стали частью Нью-Йорка в конце 1890-х годов.58
