Планы Медилла угрожали интересам самых стабильных элементов рабочего класса Чикаго. Двадцать процентов квалифицированных рабочих и 17 процентов неквалифицированных владели домами. Это были маленькие и недорогие деревянные коттеджи, расположенные по два-три на участке, которые и стали причиной пожара. Небольшой дом, в котором жили О'Лири, чудом уцелевший в огне, был типичным. Это был двойной коттедж, в котором О'Лири и их пятеро детей разместились в задней половине, а переднюю арендовала другая семья. Этот дом и его соседи были ловушками для огня, но это было все, что могла позволить себе семья из рабочего класса. Ликвидация новых деревянных домов означала бы ликвидацию возможности владения жильем для подавляющего большинства рабочих в черте города. Эти рабочие организовывали и протестовали, а возглавляли протесты бездельники. Как и рабочие, они были в основном американцами немецкого и ирландского происхождения. В 1870-х годах Чикаго был, по выражению того времени, "иностранным" городом: около трети жителей города были немцами по происхождению, 20 процентов - ирландцами, большое количество скандинавов и множество других иммигрантов. Иллинойсская газета Staats-Zeitung представила вопрос как соревнование по поводу меры, "которая делает богатых богаче, а бедных беднее". Это было правдой. Когда протесты переросли в насилие, большое жюри не выдвинуло никаких обвинений. Городские власти отступили и разрешили строительство деревянных домов в немецких и скандинавских районах сгоревшего Норт-Сайда.38
Когда в Чикаго хлынул поток рабочих, помогавших восстанавливать город, преданность домашнему очагу, казалось, ненадолго превзошла классовые и этнические разногласия в городе. Представители немецкого, скандинавского и ирландского рабочего класса, владевшие домами, объединились с евангелическими республиканцами, которые вслед за Медилом считали необходимым подавлять преступность и беспорядки. Они опасались пьянства и дебошей молодых одиноких рабочих-мужчин. Коалиция вскоре распалась. Союзники Медилла из числа евангелистов считали, что в основе беспорядков лежит алкоголь, и настаивали на строгом соблюдении законов о воскресных закрытиях. Это потребовало бы от полиции закрывать салуны и пивные - обычные места отдыха ирландских и немецких рабочих - по субботам. Когда осенью 1872 года Медилл вступил в должность, классовый и этнокультурный конфликт разгорелся с новой силой. Чикагцы немецкого происхождения, которые возглавляли борьбу против ограничения огня, осудили
Законы о закрытии магазинов по воскресеньям, которые они рассматривали как угрозу своему статусу в обществе, точно так же, как ограничение огня - как угрозу их собственности.39
Антон Хесинг, возглавлявший кампанию против ограничения огня, защищал "трудолюбивых, честных, бережливых, трезвых людей", которые жили
в маленьком доме со своей семьей, в комнате 7 на 9. Он не может пригласить
Никто не может навестить его, потому что комната не позволяет этого сделать____ Затем приходит
Воскресенье. Утром он идет в церковь... Когда он возвращается, то жаждет выйти на свежий воздух с женой и ребенком, найти знакомых и обсудить события недели, политику и религию - и найти единственное развлечение, которое предлагает ему эта жизнь. Эти люди имеют такое же право жить здесь [то есть в Чикаго], как и те, кто живет во дворцах, а в воскресенье растягивается на мягких диванных подушках, ленясь и ничего не делая.
Газета Chicago Tribune осудила протесты как коммунистические.40
Хесинг был республиканцем и бездельником, который позже попадет в тюрьму из-за скандала с "Кольцом виски", но он выступал от имени своих избирателей. В 1873 году он и ирландско-американские демократические лидеры создали альянс, который сверг Медилла и реформаторов. Они приняли этнический Чикаго. Хотя они были коррумпированы и не прочь перераспределять определенную часть доходов в сторону увеличения, они защищали этнических избирателей, которые их избрали, от евангелических республиканских реформаторов умеренности. Они вернули себе полицию, которая при Медилле все больше становилась уделом коренных жителей, и раздавали мелкие услуги, в которых иммигранты часто нуждались, чтобы выжить. Их триумф оказался недолгим. Экономический коллапс и угрозы для окружающей среды взяли верх. Паника 1873 года и второй крупный пожар в Саут-Сайде, угрожавший отстроенному центру города, изменили политическую ситуацию в Чикаго и нарушили контроль бродяг. Второй пожар привел к расширению пожарных границ, а CRAS отказался разрешить городу выдавать помощь безработным. Такая политика вытеснила рабочих за пределы существующей городской черты. Небольшие деревянные дома не исчезли, они просто переместились в пригороды вместе со многими промышленными предприятиями Чикаго.41
