– Ну, брат твой далеко, а на нее, надеюсь, ты не станешь злиться.
– На кого? На Руби?
Макс кивнул:
– Пойми, я не собирался вторгаться в твое жилище. Но ты не вышла на пробежку. Я подумал, что ты проспала. Позвонил. Твой мобильник не отвечал. Я даже не знал, вернулась ли ты из Вашингтона. Ты обещала позвонить, но не позвонила. Тогда я отправился к тебе домой. Стучал, стучал. Ты не открывала. Что-то подсказывало мне: ты дома. Вот тогда я по-настоящему забеспокоился. Позвонил Руби, спросил про укромное местечко. Такая вот история… Прости, – добавил он, сглатывая.
– Обожаю твою сбивчивую болтовню, – усмехнулась Грейс. – Ты становишься необыкновенно крутым.
– Не выдумывай!
– Чистая правда. – Грейс махнула рукой, останавливая новый поток его оправданий. – И потом, с чего ты решил, что твое появление – это вторжение в мое жилище?
– Ну как же? Посторонний человек без разрешения открывает дверь твоего дома, входит внутрь. Я знал, что тебе это не понравится, но я…
– Волновался?
– Да, представь себе. Волновался, – выдохнул Макс. – Наверное, напрасно. Вряд ли я сумею избавиться от запаха, который застал у тебя в спальне.
Разумеется, это была шутка, и Грейс захихикала.
– Посторонний человек!
Чувствовалось, Грейс шла на поправку.
– Что бы ты обо мне ни думала, я иду готовить кофе.
Он встал.
– Макс, подожди… Спасибо, что помогаешь мне. Это действительно здорово.
Она не просто благодарила. В ее распахнутых, по-детски невинных глазах было еще что-то. Скованность Макса начала исчезать, заменяясь непонятным теплым чувством, которому он не придумал названия. Выздоравливающая Грейс. Что может быть прекраснее?
– Всегда рад помочь. Слопать чего-нибудь хочешь?
– Пенициллин, – пробормотала Грейс.
– Что-о?
– У меня аллергия на пенициллин. Говорю тебе на всякий случай. Мало ли что…
– Надеюсь, не понадобится. Но все равно спасибо. Информация никогда не бывает лишней.
– Совершенно верно, мистер Болтун.
– Помолчала бы. – Макс толкнул дверь. – Тоже мне… Ароматная Женщина.
К среде Грейс окончательно выздоровела. Макс вел себя как ангел. Он лез из кожи вон, делая все, чтобы ей стало лучше. Малейшее ее пожелание тут же выполнялось. Ушел он лишь поздно вечером, убедившись, что Грейс уснула. На ланч он напоил ее чаем с тостами. После ланча она погрузилась в дрему. Макс коротал время, щелкая телевизионным пультом. А вечером, когда Грейс заявила, что от нее воняет, как от помойки, Макс наполнил ванну. Жаль только, что не согласился вместе с ней погрузиться в пенистую воду с ароматом лаванды.
– Лавандовые ванны для меня губительны, – неуклюже пошутил Макс и ушел.
Проснувшись во вторник, Грейс увидела на подушке записку:
Грейс несколько раз перечитала его записку, стараясь не реагировать на бабочек, порхающих в животе. Записка как записка. Ничего особо заботливого там нет. Обыкновенная дружеская помощь. Но сердце говорило ей другое. История повторялась. Снова ее несло в пропасть чувств, и она падала, не в силах остановиться.
– О чем задумалась? – спросила Холли, видя, как Грейс отрешенно водит тряпкой по барной стойке.
Грейс вздрогнула и опрокинула полупустой бокал пива «Хайнекен». Пиво разлилось, но бокал ей в последнюю секунду удалось уберечь от падения на пол. Эрл – один из завсегдатаев – снисходительно хмыкнул. Кейлеб, сидевший на соседнем табурете, тоже хмыкнул. Холли понимающе хохотнула. У Грейс вспыхнули щеки. К счастью, ее подозвали к столику, и она отправилась принимать заказ.
– Грейс, привет! – донеслось от входной двери.
Руби не вошла, а буквально влетела в бар. Она была в рабочем комбинезоне, заляпанном пятнами смазки. Сюда она явилась прямо из своей мастерской. Волосы Руби были наспех стянуты розовой заколкой. Грейс улыбнулась. Она до сих пор не могла понять, как Руби – необычайно женственное создание – находила удовольствие, копаясь во внутренностях автомобильных моторов. Но эта двойственность очень нравилась Грейс.
– Сообщаю последние новости: Джош уезжает на несколько дней, – весело объявила Руби. – А это значит, что мы устраиваем девчоночью вечеринку!
– Они едут всей бригадой? – поинтересовался Кейлеб.
– Да. Поедут в Филадельфию, помогать другу отца… Как тебе? – спросил она у Грейс.
– Интересное предложение, – ответила Грейс, ставя перед подругой всегдашнюю бутылку диетической пепси.
– Присоединяйся к нам. Ты же не будешь киснуть всю неделю, пока Макс в отъезде.
Грейс видела, как Руби и Холли переглянулись. Кейлеб тоже исподволь следил за ее реакцией. Сговорились они, что ли?
– А я и не собираюсь киснуть, – сказала она, тряхнув головой. – С какой стати?
Грейс подчеркнуто старалась не замечать улыбок и ухмылок остальных посетителей. Все знали, что ей будет недоставать Макса. В этом маленьком городишке их отношения как на ладони.
– Руби, вноси меня в список.
