– Он может хотеть чего угодно. Мне до этого нет никакого дела, потому что я не хочу лежать ни с кем, кроме тебя.
– Почему? – спросил Макс, уткнувшись ей в затылок. – Скажи мне, Грейси, почему?
– Потому что только тебе я позволяю обладать мной.
Звук, вырвавшийся из глотки Макса, не отличался мелодичностью. Это было рычание самца-собственника. У Грейс даже волосы стали дыбом. Макс совершал толчок за толчком. Его пальцы не просто держали Грейс. Они щипали ей кожу.
– Погоди, – хрипло шепнула Грейс. – Макс, постой!
Толчки замедлились. Его бедра продолжали двигаться.
– Я был слишком груб? – с нескрываемым страхом спросил Макс.
– Нет.
– Тогда в чем дело?
– Я хочу тебя видеть.
Не мешкая, Макс вышел из нее и лег на спину, ожидая, когда Грейс залезет на него.
– Нет, – возразила Грейс, поборов свою нерешительность. – Я хочу, чтобы сверху был ты.
В его взгляде мелькнуло удивление, потом нерешительность, но он кивнул:
– Ты уверена?
– Абсолютно.
Грейс говорила сущую правду. Ни одному мужчине, с которыми она была близка, она не доверяла так, как Максу. Она знала: Макс не придавит ее собой и не сделает больно. Он уже уперся локтями в кровать, чтобы не давить на Грейс своим весом.
– Тогда впусти меня в себя.
В устах Макса эта простая фраза звучала так эротично, что пробирала Грейс до костей.
Как всегда, Грейс взяла его член и протолкнула в себя. Но сегодня ее ноги впервые обвили талию Макса. В таком положении она, естественно, ощутила всю тяжесть его тела. У Грейс сбилось дыхание, где-то на задворках сознания шевельнулся страх. Макс остановился.
– Со мной все нормально, – поспешила заверить его Грейс. – Честное слово.
Его шоколадно-коричневые глаза под длинными ресницами долго смотрели на нее. Удостоверившись, что Грейс спокойна, Макс возобновил толчки. Он тяжело дышал, его глаза то открывались, то закрывались. Он кусал себе губы. Движение его плеч, наклоны шеи – все это гипнотизировало Грейс. Макс был неподражаем. Потом их глаза встретились. Макс застонал, упираясь локтями в кровать. Его губы коснулись шеи Грейс.
– Я от тебя балдею, – признался он, делая очередной мощный толчок.
Он что-то шептал и шипел. Его щетина терлась о шею Грейс. Даже эта щетина была жаркой и страстной. Происходящее с Грейс описывалось одним емким словом: «божественно». А Макс, чуть изменив позу, входил в нее снова и снова, глубже и глубже.
– Я хочу, чтобы ты снова кончила, – признался он. – Хочу ощутить твой оргазм.
Грейс могла лишь закатить глаза и прошептать:
– Боже, как чудесно!
Они качались в общем ритме, потные и разгоряченные. Его толчки лишили Грейс способности думать, двигаться и говорить. Она не принадлежала себе, и это было прекрасно.
Макс чуть изменил положение своего тела, коснувшись особо чувствительной точки внутри Грейс.
– Еще, – потребовала она.
Он подчинился, двигаясь быстрее. Грейс обхватила его за плечи, чувствуя, как начинает напрягаться ее живот. Она выгнула спину.
– Я от тебя балдею, – повторил Макс и приподнялся, увлекая Грейс за собой. – Ты меня просто уделываешь вдрызг. Сама-то ты хоть чувствуешь это?
Грейс что-то бормотала, уткнувшись ему в щеку. Макс смотрел, как извиваются их тела.
– Ну, Грейс, ты даешь!
Тело Грейс слегка вращалось, заставляя Макса держать ее за талию. Обвив его шею, Грейс зарылась носом в волосы Макса, вдыхая все их запахи.
– Я по тебе скучала, – призналась она. – Ужасно скучала.
Макс поднял голову. Он молчал, но по его глазам чувствовалось, сколь желанны для него эти слова.
– Да, скучала, – подтвердила она. – И думала о тебе, как ты просил.
Ее слова сделали толчки Макса еще неистовее. Негромкие стоны срывались с его губ. Губы, лицо, тело – Макс был настолько близко, что Грейс инстинктивно потянулась к нему и так же инстинктивно поцеловала.
Реакция Макса была мгновенной.
Он застыл и отпрянул, словно Грейс его обожгла.
– Не надо!
– Извини! – воскликнула Грейс, запоздало удивляясь своей спонтанности. Хорошо еще, что Макс не вышел из нее. – Ради бога, прости меня!
– Угораздило тебя, Грейс, – досадливо буркнул он, ударив рукой по кровати.
– Я без всякой задней мысли, Макс. Я даже не знаю… Я просто…
– Просто – что? – стиснув зубы, спросил он.
Грейс заставила себя выдержать его угрюмый взгляд.
Ее рука передвинулась с его спины на ягодицы.
– Прости, пожалуйста. Я сделала это не подумав. Только не останавливайся.
Макс выждал еще какое-то время, потом, обреченно вздыхая и показывая ей, что у него нет выбора, продолжил толчки.
Грейс наслаждалась его толчками. Каждый затрагивал чувствительные точки.
– Да. Вот так, – бормотала она.
Макс тоже что-то бормотал. Его пристальный взгляд вдребезги разбивал все слова, которые Грейс собиралась произнести.
– Я люблю, когда ты внутри меня. Я тосковала по этому состоянию. Давай сильнее.
Она буквально впилась в его ягодицы, требуя двигаться еще быстрее, толкать еще сильнее.
– Ну, блин! – только и мог повторять Макс.
– Макс, я хочу, чтобы так было постоянно, – призналась она.
– Как?
– Так, как сейчас. Я все время об этом думаю.
– Как? – снова спросил он.
