Однажды президент Blue Chip Билл Рэмси позвонил Баффету и сообщил, что местная лос-анджелесская компания Sees Candies выставлена на продажу. Баффет немного занимался изучением компаний по производству сладостей, даже завел отдельную папку для информации о Fanny Farmer и внимательно присматривался к Necco Wafers16. Но эти кондитерские компании были слишком дорогими. Предложения же о покупке небольших компаний до сих пор он еще никогда не рассматривал. «Позвоните Чарли», — ответил он Рэмси17. Мангер курировал Blue Chip и бизнес на Западном побережье.
See’s Candies была основана в 1921 году канадским продавцом конфет, который заработал себе репутацию тем, что использовал только лучшие масло, сливки, шоколад, фрукты и орехи, благодаря чему качество его конфет было очень высоким. Во время Второй мировой войны, вместо того чтобы изменить рецепты из-за нехватки качественных ингредиентов, руководство компании разместило в своих фирменных черно-белых магазинах вывески: «Весь товар распродан. Покупайте в качестве рождественского подарка облигации военного займа»18.
«See’s имеет уникальную репутацию — с ней не сравнится ни одна компания в Калифорнии, — сказал Мангер. — Цена за нее вполне обоснованная. Невозможно конкурировать с таким брендом, не потратив при этом все свои деньги». Эд Андерсон считал, что цена за акции слишком высока, но Мангер загорелся. Вместе с Баффетом они посетили предприятие, и он сказал: «Это фантастический бизнес. А директор Чак Хаггинс просто великолепен и может остаться с нами после продажи компании!»19
У компании уже было заключено предварительное соглашение с другим потенциальным покупателем, и она хотела 30 миллионов долларов за активы стоимостью пять миллионов20. Разница в цене была вызвана репутацией бренда See’s, наличием нескольких товарных знаков и, что самое важное, доброжелательным отношением клиентов. К примеру, Сьюзи Баффет обожала их продукцию, которую она открыла для себя в Калифорнии.
Они решили, что Sees чем-то напоминает хорошую облигацию, за которую вполне можно заплатить 25 миллионов долларов. Если бы компания выплачивала «проценты», ставка составила бы в среднем около 9%. Это было не так уж и много — владеть бизнесом более рискованно, чем владеть облигацией, притом что «процентная ставка» не гарантируется. Но в реальности доходы компании росли в среднем на 12% в год. Таким образом, Sees можно было представить себе как облигацию, выплата процентов по которой постоянно возрастает*. Более того:
«Мы считали, что у нее был неограниченный ценовой потенциал. В то время See’s продавала конфеты по той же цене, что и компания Russell Stover, и у меня возникла такая мысль: если накинуть еще пятнадцать центов за фунт, то к четырем миллионам дохода добавится еще два с половиной. Таким образом, у нас появилась возможность купить актив, который способен принести дополнительный доход в 6,5-7 миллионов долларов при минимальном увеличении отпускной цены».
Чтобы купить компанию, им нужно было переговорить с двумя людьми. Первым был Чарльз Б. Си («Конфетный Гарри», как его называли Баффет, Мангер и Герин), который управлял состоянием своего недавно умершего старшего брата, Ларри Си. Братья были партнерами, но именно Ларри вел все дела.
Сам же «Конфетный Гарри» не хотел руководить компанией. Его интересовали вино и женщины. Все, что он хотел в жизни, — это ухлестывать за девушками. Но, конечно, в последний момент он испугался продавать компанию. На встрече с ним Мангер произнес одну из лучших своих речей о преимуществах вина и женщин и о том, что Гарри сможет отлично проводить время в погоне за наслаждениями.
Другим заинтересованным лицом был «Цифровой Гарри», Гарри В. Мур, финансовый директор компании. С помощью своих адвокатов компания Blue Chip соблазняла «Цифрового Гарри» финансовыми преимуществами соглашения, в то же время намекая «Конфетному Гарри», что продажа компании убережет его от потенциальных конфликтов интересов, которые возникнут, если он будет душеприказчиком своего брата21.
Цена, которую предлагала Blue Chip, составляла 25 миллионов долларов. Прибыль до налогообложения в размере четырех миллионов долларов принесла бы Баффету и Мангеру 9% на вложенный капитал (за вычетом налогов) с первого же дня после покупки — и это не принимая во внимание возможный будущий рост. При добавлении к этой цифре еще двух-трех миллионов долларов от возможного повышения розничных цен (что вполне было в силах компании) доходность капитала составила бы 14% — приличный уровень прибыльности инвестиций (пусть и негарантированный). В этой ситуации самым важным было, смогут ли доходы расти. Баффет и Мангер никак не могли решиться на последний шаг. Раньше они всегда легко выбирали интересные предложения и быстро принимали решения. Учитывая их укоренившуюся привычку предлагать более низкую цену, заплатить сейчас запрашиваемую сумму было так же болезненно, как проглотить живых гуппи.
