Я перестала быть простым зрителем, жизнь крутилась вокруг меня. У меня был друг и приятели, с которыми могла пообщаться, а теперь я одна. Это меня ужасно расстраивало, но я пыталась не хандрить, ведь у меня все еще есть Джулс.
Ох и досталось же мне, когда не вернулась домой, а осталась ночевать в доме Картеров! Джулс долго ругалась, но сейчас уже не ворчит. Грозится уехать из Уотервилля, удивляется, как мы могли переехать жить в такой ужасный город. А я его таким не считаю, мое мнение не изменилось, мне до сих пор нравится сам город, а про жителей ничего сказать не могу. Если преступник живет где-то рядом, по соседству, это, конечно, жутко. Но кто же он? Ох, если бы я знала… У меня даже нет предположений.
Джулс, пусть и ворчит, но отпустила меня погулять. К утру погода наладилась, а днем даже стало тепло. Наблюдая за тем, как я грущу сидя в своей комнате, тетя отправила меня проветриться. Время всего три часа дня, я оделась и побрела гулять по заснеженным улицам Уотервилля.
– Свежий воздух пойдет тебе на пользу, – повторяла я слова тети, чувствуя, как мороз легонько покусывает щеки.
Я слышала свои шаги, снег хрустел под ногами. Я шла по протоптанной тропинке вдоль улицы, не решаясь сделать ни шага в сторону, боясь провалиться. Как представлю, что снег попадет в сапоги, мурашки по коже. Не люблю холод, благо еще не заболела. Простыть под Рождество не самая лучшая перспектива.
Прогулка все-таки пошла мне на пользу. И правда стало легче, свежий воздух и ходьба помогают мыслить здраво. Я даже перестала грустить. Конечно, непривычно ходить одной пешком так долго. Раньше Хейден подвозил меня до школы или магазина. Я не заметила, как ушла далеко от дома и оказалась в центре города.
Несмотря на непогоду, люди продолжали готовиться к Рождеству. Закупали продукты, подарки и прочие мелочи к празднику. Тетя уже купила все к ужину. Я вчера отказалась от поездки по магазинам, а жаль, это бы помогло отвлечься.
Спрятала руки в карманы куртки и натянула красную шапку почти на глаза. Не знаю, зачем так сделала, то ли от холода, то ли потому, что хотела оставаться неузнанной. Вроде ничего не натворила, но все же мечтала спрятаться.
Я прошла мимо кафе и остановилась возле окна. Не помню его, странно. Нужно было меньше разъезжать с Хейденом и больше ходить пешком. Мало ли что могла пропустить.
Небольшое здание было украшено к Рождеству, внутри никого не было. Я вспомнила несколько фильмов с похожими кафе и погрузилась в ностальгию. Здорово было бы сесть возле окна и попивать горячий шоколад, а еще лучше, если внутри есть старый музыкальный аппарат. Я бы выбрала какую-нибудь песню из фильма восьмидесятых годов. А это план!
Я смело вошла в кафе и сняла шапку. За баром стоял пожилой мужчина, который не сразу заметил меня. Я стряхнула снег с обуви и подошла к нему. Мужчина читал газету и пил кофе.
– Добрый день, – заговорила я, согревая руки.
– Ну, добрый, если это действительно так, – нехотя проговорил седовласый мужчина, не отрываясь от прочтения статьи.
Он читал местную газету, я увидела на первой странице фотографию Рейчел, и сердце сжалось. Хорошо, что Хейден отсиживается дома, ведь она теперь везде. Девушка еще долго будет преследовать его.
– Можно мне горячий шоколад? – Я достала деньги из кармана.
– Эх, бедная девочка, дети не должны умирать в столь юном возрасте, – он перевел взгляд на меня и тяжело вздохнул.
– Да, – согласилась я, поджав губы.
– Горячий шоколад?
Я кивнула.
– Не нужно, это за счет заведения, – мужчина покачал головой, не взяв моих денег.
Не знаю, что сейчас творится у него на душе. Должно быть, переживает из-за происходящего в городе. Я такого же возраста, как и Рейчел, еще один ребенок в глазах пожилого хозяина кафе.
Я забрала деньги и огляделась по сторонам. Белокрасная мебель была старой, но в хорошем состоянии. В кафе было чисто и уютно, в углу я приметила заветный музыкальный автомат. Я обернулась и оглядела свободные места возле окна. Так уж вышло, что я единственный посетитель и могу выбрать любое место.
– Держи, но допоздна не засиживайся, – проговорил мужчина, поставив на стойку горячий шоколад.
Он украдкой взглянул на газету, давая понять к чему клонит. Я и не собиралась задерживаться, Джулс будет переживать. Посижу минут десять-пятнадцать – и домой.
– Спасибо, – поблагодарила я и взяла напиток.
Я подошла к столику и поставила кружку. Сначала выберу песню, а потом выпью шоколад. Я включила старую песню, сняла куртку, удобно села возле окна и обеими руками взяла горячую кружку. Вот он – долгожданный покой. Мысли ушли на второй план, когда я любовалась городом и пила горячий шоколад. Перестала быть проблемной Валери, а стала наблюдателем. Люди выходили из магазинов с огромными пакетами. Я даже приметила двоих одноклассников, кажется, они выбирали подарки. Песня закончилась, я взяла монетку и включила другую. Наверное, мне нравится здесь, потому что могу хоть что-то контролировать. Могу выбирать песни и место, где хочу сидеть. Мои мысли перебил звон колокольчиков, в кафе кто-то вошел.
– Нам как обычно, Стенли.
