— «В самом деле, не так-то легко, но, ты знаешь, мы должны выйти замуж. Со своей стороны, я могла бы прожить и одна. Небольшое общество, приятный бал время от времени — для меня было бы этого достаточно, если при этом всегда можно было бы оставаться молодой, но наш отец не может обеспечить нас, а хуже нет, чем состариться в бедности и подвергаться насмешкам. Я потеряла Пёрвиса, это так, но очень немногие выходят замуж по первой любви. Я бы не отказала мужчине только потому, что он не Пёрвис. Но это не значит, что я смогу совсем простить Пенелопу».
Эмма кивнула головой в знак согласия.
— «Однако у Пенелопы были свои неприятности», — продолжала мисс Ватсон, — «она жестоко разочаровалась в Томе Масгрейве, который перенес свое внимание с меня на нее, и кем она очень сильно увлеклась, но он никогда не имел серьезных намерений, и достаточно с ней наигравшись, бросил ее ради Маргарет, а бедная Пенелопа была очень несчастна. С тех пор она пытается найти себе мужа в Чичестере, она не говорит нам кто это, но я думаю, что это богатый старый доктор Хардинг, дядя подруги, которую она поехала навестить, у нее было огромное количество неприятностей из-за него, кроме того, она потратила много времени бесцельно. Когда она уезжала на другой день, то говорила, что это будет в последний раз. Я полагаю, ты не знаешь, ни что за особенное дело у нее в Чичестере, ни что могло бы заставить ее уехать из Стэнтона как раз тогда, когда ты вернулась домой после многолетнего отсутствия».
— «Разумеется нет, у меня нет ни малейшего подозрения относительно этого. Я считала, что ее приглашение к миссис Шоу именно в это время было для меня большим несчастьем. Я надеялась найти дома всех своих сестер, чтобы немедленно подружиться со всеми».
— «Я полагаю, у доктора должно быть случился приступ астмы, и поэтому она поспешила уехать, все Шоу были на ее стороне. По крайней мере, я так думаю, но она мне ничего не сказала. Она предпочитает хранить в тайне свои намерения, она говорит, и достаточно верно, что «много кухарок только испортят похлебку» («у семи нянек дитя без глазу»).
— «Мне жаль, что у нее столько неприятностей», — сказала Эмма, — «но мне не нравятся ее планы и ее убеждения. Я боюсь за нее. У нее должно быть такой мужеподобный и жесткий характер. Быть так помешанной на замужестве, ради этого преследовать мужчин — все это меня поражает, я не могу этого понять. Бедность — большое зло, но для женщины с образованием и умеющей чувствовать, она не должна, не может значить слишком много. Лучше я буду преподавать в школе (а хуже я ничего не могу представить), чем выйду замуж за человека, который мне не нравится».
— «Я бы сделала все, что угодно, лишь бы не быть школьной учительницей», — сказала ее сестра. — «Я была в школе, Эмма, и знаю, какую жизнь они ведут, а ты там не была. Мне бы не больше, чем тебе понравилось выйти замуж за неприятного человека, но я не думаю, что очень неприятных мужчин много; мне кажется, я способна примириться с любым добродушным человеком с приличным доходом. Я полагаю, наша тетушка воспитала тебя достаточно утонченной».
— «Этого я, разумеется, не знаю. Мое поведение покажет тебе, как меня воспитали. Сама я не могу об этом судить. Я не могу сравнивать метод моей тети с другими, потому что я другого не знаю».
— «Но я вижу по множеству признаков, что ты очень утонченная. Я увидела это сразу, как только ты приехала домой, и боюсь, что это не принесет тебе счастья. Пенелопа будет сильно над тобой смеяться».
— «Это точно не принесет мне счастья. Если мои убеждения неправильны, я должна их изменить, если они не подходят к моему положению, я должна попытаться скрыть их. Но я сомневаюсь, чтобы это было смешно. Пенелопа очень остроумна?»
— «У нее острый ум, и она никогда не заботится о том, что говорит».
— «Маргарет более вежливая, как мне кажется?»
— «Да, особенно в компании, когда кто-нибудь рядом — она сама воспитанность и кротость. Но с нами она немного капризна и упряма. Бедняжка! Ей владеет мысль, что Том Масгрейв влюблен в нее серьезнее, чем был влюблен в кого-то еще, и постоянно ждет, что он объяснится. Уже второй раз за последний год она уезжает, чтобы провести месяц у Роберта и Джейн и расшевелить его своим отсутствием, но я уверена, она ошибается, и нынче он не больше собирается следовать за ней в Кройдон, чем в прошлом марте. Он никогда не женится иначе, чем на какой-нибудь очень знатной особе, возможно на мисс Осборн, или на ком-то в этом роде».
— «Твое мнение о Томе Масгрейве, Элизабет, оставляет у меня очень мало желания с ним знакомиться».
— «Ты боишься его, я этому не удивляюсь».
— «Вовсе нет, мне он не нравится, и я его презираю».
— «Тебе не нравится Том Масгрейв, и ты его презираешь! Нет, тебе это не удастся. Я уверена, что тебе не будет неприятно, если он обратит на тебя внимание. Я надеюсь, что он будет танцевать с тобой, и, пожалуй, он это сделает, если только Осборны не приедут большой компанией, и тогда он не сможет разговаривать с кем-либо еще».
