– Истерика, – меланхолично констатировала Надин, вставая с колен. – Допилась до белой горячки. Предупреждала же насчёт абсента. Мне в Париже рассказывали, эта полынная отрава – психоделик почище мухоморной настойки. Всё, Лейка, будем навещать подружку в комнате с белым потолком. Пить тебе, Ань, надо бросать. Кстати, там ещё коньяк остался, пойдёмте выпьем, – совершенно нелогично предложила Надька.
– Вот сейчас позвоню в милицию, и посмотрим, кто кого и где навещать будет. – Андре, разозлившись, быстро пришла в себя. – Да, выпить просто необходимо. И что будем делать с этим? Надь, ты мне не наливай – я сама. Ты труп трогала. А руки не помыла. Вдруг он заразный…
– Зараза к заразе не пристаёт, – вяло огрызнулась Надька. – Тем более ты собрала, скача по сценам и продюсерам, такой букет болезней, что уж скорее труп умер бы во второй раз, отхлебнув из твоего бокала…
Я мученически слушала перепалку подруг. Вот ничего не берёт их – ни абсент с коньяком, ни трупы, ни мистические совпадения! А потом поняла, вся их пикировка – защитная реакция. Остановись мы хоть на минуту – закричали бы от страха. Нам на лекциях по физиологии человека рассказывали, что есть какая-то там субдоминанта, по Ухтомскому, что ли… Вдруг смутная, нечёткая мысль мелькнула на периферии моего сознания… Там вроде так: пока человек отвлекается на другую деятельность, основная идёт более успешно. А про что я вспомнила? Спокойно! Физиология человека – теплее… анатомия – уже горячо…
– Придумала! – заорала я. – Мы спрячем труп в холодильнике анатомички под видом поросёнка из деревни. Только надо будет его упаковать и довезти на машине.
– Надь, ты коньяк Лейке наливала? Видишь, я же говорила, что могут быть последствия. Нужно руки тебе всё-таки помыть, – Андре с сочувствием смотрела на меня.
Однако Надин лучше знакомая с моими семейными проблемами, поняла с полуслова:
– То есть внеплановый подарок твоих родственников по второму мужу? Лейка, гениально! Ань, рассказывать долго, просто поверь на слово. Я потом тебе всё объясню. Мы с тобой сейчас будем паковать этого поросёнка… тьфу, Стаса… Ну, мертвеца. Лейка, дозванивайся до кого-нибудь с машиной.
Анька посмотрела на часы и выразительно покрутила пальцем у виска. Третий час ночи! Со вздохом встав, я принялась искать «оберточный материал» в мастерской подруги, уверенная, что в этом бардаке найти можно абсолютно всё, даже ещё один труп. Наткнувшись на рулон чёрной плёнки, я задумалась. Родители покойного Мечеслава вряд ли могли завернуть подарочного кабанчика в такой погребальный саван.
В недруге стрела, что во пне,
а в друге, что во мне.
– Ну, Борь, ну извини, что так рано, очень надо! Мне больше и попросить-то некого! В обычный багажник кабанчик не влезет, а при такой жаре он стухнет, – вполне правдоподобно ныла я в трубку, позвонив своему поставщику. – Всё что хочешь проси! Что-о-о? Я подумаю. В девять, Невский, сто двадцать семь.
Злая, как все мои свекрови вместе взятые, я недобро посмотрела на подруг.
– Что он в обмен захотел? – Надька поёжилась под моим взглядом.
– Большой и чистой любви, скотина лысая. Я не тебе, Надь. Хотя и ты скотина. Чтобы я хоть раз ещё зашла к тебе сюда. Ни в жизнь, здоровьем Сары Моисеевны клянусь!
Мы истерически расхохотались. Сказывалось напряжение бессонной ночи.
– Борька мужик вообще-то неплохой, – сквозь смех стала рассуждать я. – Домой, что ли, его привести? Пусть детки отыграются всласть. Нет, жалко, долго он не выдержит. Хорошо ещё, я про «свинячьи подарки» от Забавиных бабушки с дедушкой сто раз ему рассказывала. Никаких подозрений. Так, осталось самое сложное – дозвониться до Дашки. И почему, интересно, всё должны расхлёбывать только мои знакомые? Мертвец ведь в твоей мастерской, Надь?
– Ань, да отлей же ты полбокала Лейке, не жмотись, – быстро нашлась с ответом Надежда. – Видишь, устал человек, на своих бросаться начал.
До этого мы больше двух часов заматывали труп в чёрную полиэтиленовую плёнку, пытаясь добиться подобия нужной формы. Получалось плохо, спелёнатый мертвец не очень походил на свиную тушу. Однако, как ни странно, именно Аньке, а не Надежде с её художественным видением пришла в голову идея зафиксировать тело обрезками багета, чтобы имитировать заморозку. И привязать к трупу пару дощечек. Вместо свиных ног. Или у свиней лапы? Зоология позвоночных не зря мне никогда не давалась.
В восемь утра, медленно трезвея и всё больше мрачнея после чудовищной ночи, я наблюдала за тем, как Надька отмывает пол хлоркой, затем нашатырным спиртом. Засохшая кровь удалялась плохо. Кинжал удалось отчистить быстрее.
