– Вот он, на скамейке сидит. В сером костюме. Это он меня пас. Везде за мной хвостом ходил. Думала, живой не вернусь, больше часа по супермаркету бродила. Быстро идём в такси.
Мы с Анькой рысью бросились к машине, а Надька… к мужику в сером, заорав еще издали:
– Какого хрена ты тут шляешься, блин? Что тебе надо?
– Успокойтесь, гражданочка. Тихо, не надо так кричать! – Мужик, привстав, что-то достал из кармана пиджака и продемонстрировал Надьке. Подруга сразу же сникла и неторопливо зашагала к такси.
– Мент, – остервенело хлопнув дверцей, ответила она на наш немой вопрос. – Ну, чего стоим? Кого ждём? Поехали!
Анька потеряла дар речи. Как, впрочем, и я.
– Да народ вообще обнаглел, – буркнул таксист, – скоро в туалет на такси ездить будет. Тут пройтись-то пешком пару минут…
– …ять, тебя только не хватало! – рявкнула разозлённая Надька. – Заказ принял? Рули давай! Сверху сто рублей накину, не ной.
Через пять минут мы сидели за пластиковым столом под тентом летнего кафе «Кувшинка». Через дорогу от отделения милиции, куда нас вызвали на допрос.
– Девчонки, у нас чуть больше часа. Давайте решим, что будем сливать ментам. – Надька, закурив, с подозрением посмотрела на официантку, протиравшую пыльный пластик тряпкой сомнительной чистоты. И сквозь зубы процедила, демонстративно стряхивая пепел в вазу с цветами: – Пепельницу принесите.
Дождавшись ухода сонной официантки, мы стали бурно обсуждать последние события, строя версии и тут же их опровергая. Анька рассказала про убийство Мыша. И про то, как познакомилась со Стасом. Выяснилось, что по просьбе Храма – ему это зачем-то было нужно. Андре и не предполагала, что её отношения с сыном губернатора зайдут настолько далеко (насколько я знаю, она и правда, в отличие от Надин, из постели в постель не прыгает).
– И что ты нашпионила для Храма, мать? – Надька с невозмутимым видом подначивала подругу. – Мата Хари прямо!
– Да я только и успела узнать, что Стас по просьбе отца распутывает какое-то тёмное дело. Что-то про нарушения с документами. – Андре виновато посмотрела на нас. – Храм давил на меня, требовал какой-то файл.
Я, выдохнув, наконец-то изложила все подробности про полученный от Мультивенко-младшего таинственный файл.
Замолкали мы только при появлении официантки. В какой-то момент стала вырисовываться вся картина, начиная с убийства ненашего Стаса.
– Значит, что у нас получается… – Хлебнув растворимого кофе из пластикового стаканчика, Надька решила подвести итог. – Первой с Мультивенко-младшим познакомилась ты, Аня. По наводке Храма.
– Да, он нас и познакомил. У Храма и Мультивенко были какие-то свои дела. Но спать со Стасом я не собиралась, это уже Мультивенко расстарался. Он мог быть таким…
– Понятно, можешь не продолжать, – быстро сказала я, перехватывая инициативу. – Стас был хронический бабник. Вешал тебе лапшу на уши, а спал с другими бабами. С Надькой, например. Кстати, Надюш, ты-то где с ним познакомилась?
Подруги вдруг переглянулись.
– Эээ… Ааа… Ну да, я его привела на одну из выставок, – краснея, промямлила Анька. – И сама, дура, с Лятрекшей и познакомила.
– Ты же его представила как «просто знакомого»! – рявкнула Надин. – Я ещё и спросила у тебя тогда, помнишь, спишь ли ты с ним.
– Так бы я тебе и сказала сразу всю правду… – вздохнула Анька. – Нет, теперь-то уж точно сказала бы. Но кто знал, что всё так получится?
– Дальше Стас крутит роман с тобой, Надь. Я правильно поняла? Ты ему говоришь про «Книгу перемен». – Я только вздохнула, вспоминая результаты гадания.
Можно ли было предсказать, что, желая сделать приятное Надин, Стас решит купить книгу именно в моём киоске? Судьба порой любит пошутить – Мультивенко-младший никак не мог знать, что мы с Надькой подруги. Чистейшей воды случайность. Я впервые за много лет потеряла голову и рванула на свидание с сыном губернатора. Ещё и Надьке похвасталась, правда не называя имени кавалера. Эх, кабы знать…
Обсудив все события, мы пришли к выводу, что Храм точно замешан во всём. Он знаком со Стасом. Храм давит на Андре по поводу файла, который ему зачем-то очень нужен, и именно Храм заставляет Аню провести его в мастерскую Надьки. (Анька знала, что ключ всегда хранится над притолокой и где кинжал хранится тоже.) А потом он на её глазах зарезает Мыша, оставив ту жуткую записку. Анька теряет страз с ногтя. Причём Храм клянётся и божится, что к смерти ненашего Стаса не имеет никакого отношения. Анька верит ему – ей кажется, что Храм вряд ли способен на убийство. По крайней мере, человека.
Поняв, что его угроза Надьке не сработала, продюсер продолжает давить на Андре. Та признаётся, что со Стасом успела познакомиться и я. Анька категорически отказывается искать у меня файлы или спрашивать про них – она меня слишком хорошо знает и любит. Но Храм не отстает. Тогда-то и возникает идея про тексты песен, которую Храм мне и озвучивает после выставки, решая, что разведает почву сам.
