Ага, вот так прямо и вышвырнул — гад голубоглазый!
И зачем мне только надо это — переживать за него? Да чихать я хотела! Вот так бы влезла на самую высокую стремянку в офисе и ка-ак чихнула бы с чувством и пеной возмущения, как верблюд слюной. Чтобы умылся Воронов своей самоуверенностью с ног до головы! Верите, ни капельки бы не пожалела!..
Не пожалела бы… если б не признательность и человеческая симпатия к его деду. Вот кому я была обязана всем! Ну не могла я после доброты этого человека взять и отвернуться от его внука, пусть даже и грубияна. Тем более, когда жизнь последнего повисла на волоске…
Эх, Матвей Иванович, душа человек! Три года знакомства, а сколько положительных воспоминаний и благодарности! Вот окажись я сейчас с ним рядом, непременно бы спросила босса: как же так-то, дорогой вы наш? На кого родной коллектив бросить собрался?
Ведь в моей жизни всё только налаживаться стало, когда он взял к себе на работу бестолковую стажерку… И на тебе, вдруг инсульт и кома.
А помнится, когда я впервые появилась в главном офисе «Сезама» — никому не известная особа, слухов вокруг о нас поползло — ух, не сосчитать! Женщин в высотном здании корпорации работало с избытком (плановый отдел, бухгалтерия, проектировщики, инженеры), а тут новый секретарь у директора — о ком же еще судачить? Да не у абы какого директора, а у богатого вдовца!
Подумаешь, семьдесят четыре года — так самое же время начать третью молодость! Даром, что ли, секретарь у него рыжая, а значит, бесстыжая и наглая! Такая далеко пойдет!
А я что? Я молчала — Матвей Иванович попросил.
И я была с ним согласна. Незачем. Тем более, что работы у меня оказалось с Эверест!
Но даже если бы босс и не попросил, я и сама никому не собиралась рассказывать, как мы с Матвеем Ивановичем познакомились — не люблю болтать лишнего. Как однажды этому богатому вдовцу — довольно щупленькому мужичку на вид, уж если честно, на утренней пробежке в парке стало плохо, и он бочком, бочком… да и свалился тушкой в ближайшие кусты. Пролежал там больше часа в октябрьской сырости, и кто его знает, когда бы очухался, если бы в то утро мимо старого парка не пробегала я с детьми, сокращая дорогу в детский сад.
Конечно же, опаздывая и совмещая спорт с прогулкой, а вы как думали!
— Ма-ам, смотри, а там мужик валяется!
— Стёпка, что за разговор? Надо говорить «мужчина». Где?
— Вон, смотри! А что он там делает? И почему он босиком?
Что он там делает, судя по пустой бутылке из-под дешевого алкоголя, лежащей в стороне — в нескольких метрах возле урны, — догадаться было не трудно. Но вот лежал он как-то уж слишком неуютно — носом в кустах, с поднятыми вверх ногами, без обуви и без носков, в одних трусах. И в таком положении находился уже довольно долго, судя по тому, что вокруг было пустынно, а незнакомца уже успели раздеть и разуть — надо полагать, приятели по выпивке.
Я остановилась и обернулась. Подошла ближе. Стал накрапывать мелкий осенний дождик — из тех, что пробирают насквозь, но человек не собирался подавать признаков жизни и на мое приближение не отреагировал.
— Эй, мужчина?.. Эй, вы меня слышите?!
— Мам, а он бандит, да? — не унимался Стёпка. Он в то время обожал всякого рода разбойников. — А можно я в него тоже палочкой потыкаю, как ты?
— Нет!
— Мам, ну так нечестно! Я тоже хочу!
— А я хасю песенье! — шмыгнула носом маленькая Сонечка, прижимая к себе зонтик. — Ма-ам!
— Дети, да подождите вы! Не видите, тут дяде плохо. И вообще, Стёп, лучше подержи-ка Сонечку и отойди, я сама попробую его разбудить. И не мешайтесь под ногами! Как бы нам сейчас скорую помощь вызывать не пришлось!
Про скорую помощь Стёпке понравилось, и он тут же крутанулся на пятках — чуть шапка с рыжей макушки не слетела.
— Ух ты! Правда, мам? С мигалками?!
Мимо пробежал усатый спортсмен, важного вида, и сообщил:
— Девушка, да бросьте вы этого алкаша! Видите, какая у него рожа синяя! Тут таких доходяг каждый день по кустам, как грибов натыкано!
Ну, не знаю. Насчет последнего я не была уверена. Все-таки парк общественный, и когда-никогда, а охрана должна обходить территорию. Но возразить не успела. Потому что вездесущий Стёпка, пока я отвлеклась на спортсмена, все-таки схватил кусок длинной коряги, прыгнул вперед и ткнул им бедолагу в зад. Да так ощутимо, что я ахнула, а тип в кустах охнул, пришел в себя и взмолился — тихонько и жалостливо:
— Помогите!
— С-сейчас! Кыш, Стёпка! Какая же ты егоза у меня!.. Эй, мужчина! Давайте, что ли, руку. Попробую вас вытащить!
Вытащить незнакомца получилось не сразу, но я все же сумела пробраться в кусты и поставить его на ноги. Оттянула за локоть подальше.
