— «И именно это я не хотел обсуждать. Я могу сколько угодно говорить о том, что действительно люблю их, но однозначно ответить на это не могу, даже если бы хотел». — думал Арата про себя. — «И… что мне им говорить? Я уже рассказал про свою монструозную природу, что явно подкашивает отношение ко мне, а если ещё рассказать им про факт моего перерождения… Как мне такое говорить? «А я на самом деле живу уже второй раз, но переродился в теле младенца, став вашим сыном». Так что ли? Ладно ещё это, но я ведь не могу сказать, что возможно я не просто реинкарнировал, а буквально заменил душу их настоящего ребёнка. Не могу я сказать такого. Не могу нанести им такой удар. Они… они не простят мне этого. И ведь я действительно не могу быть уверен в чём-то конкретном, да и чего греха таить, никогда не хотел об этом думать. Будет ли это ложью с моей стороны?».
Тишина в комнате неприятно давила на всех находящихся внутри, за чем также напряжённо наблюдали две замаскированные некоматы.
— Я… я не знаю. Хочется сказать, что я ваш сын, каким был раньше, но… я не хочу вам врать. — выговорить это Арате было особенно тяжело, ведь с одной стороны он хотел быть честным с родителями, а с другой не собирался говорить всего. О его прошлой жизни им лучше не знать. Так сам для себя решил Ишимура. — Я больше не являюсь человеком, но я по-прежнему считаю вас своими родителями. Вы оба по-прежнему дороги мне, и я люблю вас, как ребёнок любит своих отца и мать. Это… это останется неизменным, как бы сильно я не изменился.
— Арата, ты…
— Даже если вы не примите такого меня, начнёте бояться и презирать, это не изменит моего отношения к вам. Я всё равно буду любить вас и желать лишь всего наилучшего, хоть и будучи отвергнутым вами. Я… я пойму вас, если вы так поступите. — говоря это Арата пытался хоть как-то унять дрожь по всему телу, но ничего не вышло. Невооружённым взглядом было видно всю его нервозность, ведь парень трясся как лист на порывистом ветру. — Если вы правда этого захотите, то я навсегда исчезну из вашей жизни, но не перестану называть вас своими родителями.
— … Арата. — в этот раз заговорила Мия. — В той комнате… Можешь показаться также, как и там? Когда ты появился и спас нас.
— … - вот это уже смогло удивить Арату. Он скорее ожидал проклятий или простого «уходи», но не просьбы преобразоваться в монстра. — Если тебе так угодно, мама.
Арата не стал противиться просьбе, хотя и выполнил её без энтузиазма. В несколько мгновений внешность парня преобразовалась. Вновь выросли ветвистые рога с красными листьями, правда не такие большие, как обычно. Левая рука стала металлом, кожа стала более бледной. Швы на лице Арата подавил, ибо пугать родителей таким никак не хотел, да и без них его внешность уже стала сильно отлична от стандарта, хотя он и постарался минимизировать метаморфозы.
— Вот он, настоящий я.
Родители смотрели на метаморфозы своего сына, пока тот всячески старался не смотреть им в глаза. Со стороны это могло выглядеть забавно, ведь существо, что вполне способно убивать богов и равных им существ боялось смотреть в лица двум простым людям, которые даже в мечтах не могли никак ему навредить, если только не учитывать его привязанность к этим людям.
В какой-то момент Мия встала с дивана и медленно подошла к Арате, присев напротив него. Её правая рука накрыла металлическую руку сына, что вызвало у женщины чувство холода, но не оттолкнуло её.
— Арата, посмотри мне в глаза, прошу.
Сын медленно и несмело выполнил и эту просьбу матери, посмотрев своими разноцветными глазами ей в лицо.
— Ты столько лет боролся с монстрами, защищал нас как от них, так и от знания обо всём этом, но ответь мне на один вопрос. Делал ли ты тоже самое с простыми, непричастными ни к чему подобному людьми?
— … Нет. Хоть я и монстр, но невинных людей я не трогал и не трогаю. У меня нет наклонностей героя спасать всех подряд, но и желания бесконтрольно убивать невинных тоже. Я не опустился до такого.
И это нельзя было назвать ложью. Да, Арата убивал людей, но отнюдь не невинных и простых. Магов на Саммите Библейских такими никак не назвать, и атакуя библейских они должны были быть готовы к последствиям и смерти. Перерождённые демоны, что стали беглецами, уже никак не являются людьми, а от их смерти никому не станет хуже. Действительно невинных Арата действительно не убивал, хотя почти всем знакомым с ним это никак не мешает считать его злом воплоти, и не безосновательно. Ишимура легко может убить кучу людей, но пока у него нет в этом нужды, или пока он окончательно не сойдёт с ума, этого не произойдёт. Пока что это является правдой.
Мия смотрела в глаза сына, словно пытаясь найти в его глазах что-то очень важное, и от этого взгляда Арате было ещё хуже. Правда через несколько мгновений ситуация в корне поменялась, ведь уже глаза Мии начали слезиться.
— Мама? — с беспокойством в голосе спросил Арата.
— Сынок, что же с тобой случилось.
Не выдержав женщина обняла своего сына, пока тот с шоком осознавал всё происходящее.
— «Сынок?». — Ты… мне веришь?
