Натянув на себя пижаму – как-никак декабрь на дворе – и укладываясь в кровать, Гарри вдруг вспомнил, как однажды, после завершающего испытания Турнира Трех Волшебников, ему довелось ночевать с Северусом в одной постели. Как ни странно, даже сейчас, когда его личное отношение к Северусу приобрело интимную окраску, детальное воспроизведение в памяти того случая ни капли не выглядело эротичным. Гарри, засыпая в тот раз рядом с дорогим человеком, чувствовал только спокойствие, умиротворение и всепоглощающую веру в собственную защищенность, которую ему дарило ощущение близости Северуса. Мысли о Томе и Северусе не покидали Гарри, пока он не уснул. Поэтому немудрено, что, переступив грань между явью и сном, он по-прежнему остался в обществе дорогих ему людей.
Подсознание создало красивые декорации для ночного видения: зеленый луг поодаль переходил в густой лес, рядом сверкала на солнце озерная гладь, небо казалось опрокинутой чашей бесконечной нежной голубизны с легкими белыми мазками полупрозрачных облаков, лебединым пухом плывущих в вышине. Брошенный под ноги большой плед обещал часы праздности и приятного отдыха. Гарри чувствовал себя во сне исключительно счастливым – он знал, что Том и Северус где-то рядом, хоть и не видел их. Вдруг вдали мелькнула знакомая фигура. Гарри сразу же нестерпимо захотелось позвать. «Северус! Се-е-еверус!» – голос в пахнувшем весной воздухе прозвучал требовательно и звонко, на такой призыв нельзя было не откликнуться.
И Гарри был уверен, что Северус вскоре будет рядом. Растянувшись на клетчатой чуть колючей ткани, Гарри запустил руки в густую поросль травы, сминая ее, желая, чтобы в воздухе разлился слегка горьковатый запах сочной зелени. Прикрыв в своем сне от удовольствия глаза, он наслаждался силой, идущей к нему от земли. Гарри вовсе не удивило, когда к его губам прикоснулись в поцелуе. Ему не нужно было смотреть для того, чтобы узнать – это Северус, которого он только что звал. Личная магия Северуса выдавала его с головой, свежим морским бризом дохнув на Гарри, заставив застонать от наслаждения близостью. «Сев», – прошептал он, смакуя имя, которым, казалось, тысячу лет назад Северус представился ему при знакомстве. Чем хороши сновидения, так это тем, что в них не требуется прилагать усилий для того, чтобы с солнечного луга попасть в личные покои декана Слизерина. На секунду приоткрыв во сне глаза, Гарри увидел вокруг себя знакомую обстановку, а в следующий миг он задохнулся от охватившего все его существо удовольствия – родные руки скользнули по его телу, безошибочно угадывая, где следует нажать посильнее, а где нужно касаться невесомо, так, словно по коже скачет солнечный зайчик. Гарри не стал сдерживаться, поощряя любимого тихими «да» и «так». И вдруг Гарри понял, что его оглаживают уже две пары рук – это заставило его и вовсе потеряться в ощущениях. Он только прошептал: «Том», – а потом погрузился в безумный мир, где было слышно неземную мелодию магии, поющей под переливы радужных всполохов. Сколько длилась сладкая пытка – Гарри не знал, но в конце концов напряжение, тугой спиралью закручивавшееся где-то в области паха, взорвалось, накрывая шквалом острых и безусловно приятных ощущений, заставляя его облегченно застонать.
Гарри, все еще тяжело дыша, просыпаясь, открыл глаза – он лежал на кровати в своей спальне. Один. Лишь пламя свечи, пристроенной на прикроватном столике, дрожало, как от сквозняка, а в воздухе над ним истаивали редкие пряди проявившейся магии. Гарри перевел взгляд на дверь, и ему показалось, что он заметил последний миг ее движения перед тем, как плотно закрыться. Списав все на неясный свет танцевавшего в камине пламени, Гарри не стал задумываться над странным видением. Тень сожаления на миг коснулась сердца своим крылом. Но уже в следующую секунду, осознав, какой именно сон привел его к вполне реальному оргазму, Гарри довольно улыбнулся, с помощью магии избавляя себя от влажных следов собственной страсти.
– Я хочу все это испытать наяву, – сонно прошептал он, обнимая подушку и давая себе обещание приложить максимум усилий, чтобы превратить свое счастливое сновидение в быль.
***
Том и Северус, покинув гостиную, направлялись в свою спальню, когда активировалось сквозное зеркало – Малфой срочно вызывал их на связь. Пришлось на время отложить мечты об отдыхе. Рабочий кабинет Тома оказался поблизости, поэтому в нем и решили задержаться для делового разговора – Люциус не стал бы беспокоить их по пустякам.
– Только что передали, что один из задержанных, у которого обнаружили на руке метку, скончался во время допроса под Веритасерумом, – Малфой был краток. – Труп уже в Отделе тайн.
– Я могу посмотреть знак и на мертвом человеке, но, боюсь, все его свойства будет сложно распознать. Поэтому окажется затруднительным определить – такое же это колдовство, каким в свое время воспользовались и ортодоксы, или мы имеем дело с принципиально другой меткой, – высказал свои сомнения Том.
