Ида Финк родилась в 1921 г. в Збараже, провинциальном городе на восточной окраине Польши (ныне Украина). В 1942 г. бежала вместе с сестрой из гетто и скрывалась до конца войны. С 1957 г. до смерти (2011) жила в Израиле. Публиковаться начала только в 1971 г. Единственный автор, пишущий не на иврите, удостоенный Государственной премии Израиля в области литературы (2008). Вся ее лаконичная, полностью лишенная как пафоса, так и демонстративного изображения жестокости, проза связана с темой Холокоста. Собранные в книге «Уплывающий сад» короткие истории так или иначе отсылают к рассказу, который дал имя всему сборнику: пропасти между эпохой до Холокоста и последующей историей человечества и конкретных людей.
Annotation
Ида Финк родилась в 1921 г. в Збараже, провинциальном городе на восточной окраине Польши (ныне Украина). В 1942 г. бежала вместе с сестрой из гетто и скрывалась до конца войны. С 1957 г. до смерти (2011) жила в Израиле. Публиковаться начала только в 1971 г. Единственный автор, пишущий не на иврите, удостоенный Государственной премии Израиля в области литературы (2008).
Вся ее лаконичная, полностью лишенная как пафоса, так и демонстративного изображения жестокости, проза связана с темой Холокоста. Собранные в книге «Уплывающий сад» короткие истории так или иначе отсылают к рассказу, который дал имя всему сборнику: пропасти между эпохой до Холокоста и последующей историей человечества и конкретных людей.
Ида Финк
Предисловие
Конец
Обрывок времени
Порог
Алина и ее поражение
Зигмунт
Замкнутый круг
Уплывающий сад
Игра в ключ
Жан-Кристоф
Ненормальный
Арийские документы
Второй обрывок времени
«Спрятавшись в темных закутках квартир…»
Разговор
За изгородью
Пес
Весеннее утро
Другой берег
Свинья
Титина
Повышение
Смерть Царицы
Советник уголовной полиции фон Голенищевский
Перед зеркалом
Черная бестия
Прыжок
Вечер на траве
Ночные вариации на тему
Рука
Евгения
Сабина под мешками
След
В ночь, когда Германия капитулировала
Убежище
Заноза
Веселая Зося
Воскрешение пекаря
Адрес
Сестра Хенрика
Мы уже ушли в оперу
Мой первый конец света
Тошнота
Юлия
Сложные приезды Юлии
Ночью в пути
В детстве, вечером
Час света
Десятый мужчина
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
Ида Финк
Уплывающий сад
Рассказы
Перевод с польского
Предисловие
Эта книга появилась на русском языке как естественная реакция на то горе, каким стал внезапный уход Ксении Яковлевны Старосельской для знавшего ее — кто-то дольше, кто-то совсем коротко — и любившего младшего поколения переводчиков польской литературы.
Сделать книгу в память о Ксении Яковлевне участники ее семинара, работавшего на протяжении почти восемнадцати лет (состав его в разные годы частично менялся), решили почти сразу. Когда выбор пал на сборник рассказов Иды Финк, оказалось, что в свое время Ксения Старосельская перевела из него три рассказа для журнала «Лехаим». Ученики сочли это хорошим знаком — таким образом и она сама тоже будет присутствовать рядом с ними в этой книге. Добавим также, что два рассказа в переводе Юлии Винер были опубликованы в сборнике «Опечатанный вагон: Рассказы и стихи о Катастрофе» (М.: Мосты культуры; Иерусалим: Гешарим, 2005).
Я не была участником семинара — к тому моменту, когда он возник, я уже несколько лет занималась переводческой работой, и Ксения Яковлевна сочла, что в этом нет необходимости. Моим семинаром была двадцатилетняя дружба с ней. И я благодарна за возможность участвовать в книге в качестве редактора — эта работа (как и завершение не законченного Ксенией Яковлевной перевода книги Ханны Кралль) дала иллюзию (а может, и не такую уж иллюзию?) продолжения оборвавшегося разговора…
Несколько слов о книге «Уплывающий сад». Большую часть своей жизни Ида Финк (1921–2011) провела в Израиле, уехав из Польши в 1957 году. Холокост — собственный опыт Финк, и вся ее проза непосредственно связана с ним. Очень короткие истории, разные ситуации, разные чувства и разные герои (в том числе эсэсовец и его семья), разные годы и страны, разные ракурсы, границы в пространстве и во времени, в сознании, памяти и языке, пересекающиеся судьбы, перекликающиеся, продолжающие или поясняющие друг друга эпизоды, негромкое, но каждый раз — в каждом лаконичном тексте — буквально сбивающее читателя с ног повествование о конце света.
Конец
Koniec
Пер. О. Чехова
Они всё не уходили с балкона, хотя стояла уже глубокая ночь и всего несколько часов отделяло их от рассвета. Внизу бежала темная, пустынная улица, деревья в сквере напоминали черные взъерошенные головы. Снова было тихо, слишком тихо после того. Время от времени громыхал, проезжая через центр, ночной трамвай, мягко проскальзывал автомобиль. Ночь выдалась душная, одна из тех летних ночей, когда лист не дрогнет, а разогретый за день асфальт обдает теплым дыханием.
Он провел ладонью по железным балконным перилам, дотронулся до руки девушки. Ее ладонь была холодной; с силой стиснув пальцы, она как будто защищала свой мир.
— Видишь, — сказал он, — ничего не случилось.
Она смотрела не на него, а поверх городских крыш в густую тьму, но знала, что он тоже прислушивается. Говорит: «Ничего не случилось», а сам слушает.
— Не бойся, можно спокойно ложиться спать.
Он повторил:
— Ничего не случилось.
