Трудоголизм является такой же формой саморазрушения, как и другие зависимости. Он приводит к переутомлению, нехватке сил на другие занятия и сужению круга интересов. Как и любая аддикция, трудоголизм сопровождается характерными личностными изменениями, затрагивающими, прежде всего, эмоционально-волевую сферу. Его развитие сочетается с нарастанием эмоциональной опустошенности, нарушением способности к эмпатии – сопереживанию, сочувствию. Межличностные отношения затрудняются, воспринимаются как тягостные, требующие больших энергетических затрат. Трудоголик на подсознательном уровне стремится избегать ситуаций, где требуется активное участие, сторонится обсуждения важных семейных проблем, не участвует в воспитании детей, не дает им эмоционального тепла. Он предпочитает общаться с неодушевленными предметами (реже с животными), а не с людьми. Вместе с тем аддикт убеждает себя и окружающих в том, что он работает ради денег или другой абстрактной цели. Человек не понимает, что такой способ «траты» себя – тупиковый, что он не реализует собственные потенциальные возможности. Вне работы (например, в ситуации болезни, увольнения) трудогольная аддикция легко сменяется другой, чаще химической. На пенсии у трудоголика могут развиться психосоматические расстройства, и он меняет форму саморазрушения – становится ипохондриком, убивая время в бесконечных хождениях по врачам.
Трудоголик оказывает влияние на других членов семьи, которые либо видят в нем пример, либо не принимают его и идут по пути более деструктивных зависимостей. Дети работоголиков часто сами становятся аддиктами.
Финалом жизненного пути трудоголика обычно является относительно ранняя (в возрасте 35-60 лет) внезапная смерть и пышные похороны с множеством искренне скорбящих людей. Скорбят они не только об усопшем, но и о самих себе: никто уже не позаботится о них так же хорошо, как это делал трудоголик.
«Иван-царевич на Сером волке: время, вперед!»
Скачут Иван-царевич с Волком: быстрее, быстрее. И там успеть надо, и сюда не опоздать. И молодильные яблоки привезти, и голову Змею Горынычу снести – все успевают. Вот только какой ценой…
Ургентная аддикция – вид зависимости, который выражается в субъективном ощущении постоянной нехватки времени и страхе «не успеть».
Человеку с такой зависимостью присущи следующие личностные характеристики:
● желание контролировать время и осознание невозможности подчинить себе ход событий;
● выполнение профессиональных обязанностей в ущерб удовлетворению потребностей в отдыхе и межличностных отношениях;
● принятие абсолютно всех требований, касающихся профессиональной деятельности;
● потеря способности радоваться жизни в настоящем, «зацикленность» на задачах будущего или неудачах прошлого;
● игнорирование прошлого, вытеснение в бессознательное эмоционально насыщенных переживаний;
● страх будущего; стремление откладывать на будущее, обычно неопределенное, реализацию своих целей и желаний в сочетании с чувством того, что время уходит.
Одной из составляющих ургентной аддикции является работоголизм, характерными чертами которого являются состояние постоянного осмысления производственных проблем; раздражительность, вызываемая деятельностью, не связанной с работой; неспособность ждать и требование пунктуальности, дисциплинированности от других.
Как показывают исследования О. Л. Шибко [121], ургентная аддикция чаще всего наблюдается у мужчин периода поздней взрослости (41-55 лет) и у женщин периода средней взрослости (26-40 лет).
Согласно результатам данного исследования в зависимости от особенностей саморегуляции и особенностей проявления данной зависимости можно выделить три типа ургентных аддиктов.
