Упрямый Галилей полностью

В начале «Tractatus syllepticus» Инхофер признает, что одной из причин защиты и распространения коперниканских идей являются неясности в самом тексте Священного Писания, где в одних фрагментах говорится о неподвижности Земли (или, по крайней мере, ее неподвижность ясно подразумевается), а в других (например, Пс. 96:41407) – о ее движении. В качестве авторитетного источника в вопросах библейской экзегетики Инхофер обращается к «Summa theologiae» (pt. I, q. 1, art. 10) Фомы Аквинского. Последний различал два уровня толкования священного текста: «буквальный, или исторический» и «духовный, или мистический», включающий в себя аллегорическое, моральное и анагогическое понимание Библии. Буквалистское толкование является, по Фоме Аквинскому, главным и передает то, что намеревался сказать Автор Писания, то есть Святой Дух1408.

Однако в Библии нередко встречаются фрагменты, когда даже в рамках буквалистского истолкования текста возникает некоторая неопределенность. Так, например в Еккл. 1:4 сказано: «terra vero in aeternum stat»1409, что можно понимать по-разному, например, считать, что Земля не движется орбитальным движением, но может вращаться вокруг своей оси. Да и выражение aeternum stat, отнесенное к сотворенной Земле, также требует разъяснений. Экзегет обязан учесть и толкование соответствующих слов в разных древних языках, и мнения Отцов Церкви, и контекст цитаты, и многое другое. Поэтому даже в рамках буквалистского понимания Писания экзегеза требует определенных усилий со стороны толкователя. Но как бы то ни было, одного обстоятельства (причем именно того, на котором настаивал Галилей) Инхофер во внимание не принимал, а именно различий в уровне культуры (а следовательно, и в уровне «вместимости») тех, к кому обращен библейский текст1410.

Лишенный пространственного воображения Инхофер полагал также, что Земля не может вращаться вокруг Солнца еще и потому, что тогда она будет то выше светила, то ниже. Но ведь Христос спустился с небес на Землю (то есть переместился сверху вниз), а потом вознесся на небеса (то есть переместился в обратном направлении), и к тому же Он сошел в Ад, то есть вниз. Вопрос же о местоположении Ада Инхофер, в отличие от святого Фомы, считал вопросом веры, да еще главнейшим.

Кроме того, он исходил из положения об абсолютной истинности священного текста, то есть допускал, что все сказанное в Библии истинно уже потому только, что автором этого текста является Святой Дух, то есть сама истина. Отсюда – естественное желание и готовность верующего принять сказанное в Священном Писании как истину. Ричард Блэквелл назвал этот критерий истинности текста «de dicto truth» (истинно в силу того, что сказано [Святым Духом]), в отличие от «de facto truth» (истинно в силу того, что в действительности имеет место)1411.

Но кто должен помогать мирянам правильно понимать смысл Писания? Кто, иными словами, имеет право на толкование священного текста? Эти вопросы с началом Реформации приобрели особую остроту и значимость. Тридентский собор постановлением от 8 апреля 1546 года признал невозможность правильного толкования Писания без руководящего участия епископов и папы, пастырские функции которых завещаны Евангелием. Фактически постановление Собора на этот счет утверждало исключительное право церкви на экзегезу библейского текста. Более того, оно устанавливало церковную монополию на все вопросы, касающиеся веры:

На основании изложенного подхода к библейской экзегетике и de-dicto-критерия истинности священного текста Инхофер обращается к теологическому толкованию космологических вопросов. Здесь-то он и позволил себе несколько отойти от буквы и духа тридентских решений. Собственно, первым был не Инхофер, а кардинал Роберто Беллармино, который в своем известном письме Паоло Фоскарини от 12 апреля 1615 года разъяснил, почему вопрос о структуре Вселенной является вопросом веры.