— Из этой ткани очень легко сшить одежду для больных людей, — сказал Сева, — и она замедлит развитие тяжёлой болезни или, наоборот, ускорит исцеление.
Судьи заинтересованно переглядывались. Князь Пожарский с волнением смотрел на сына.
— Правила конкурса запрещают эксперименты на людях! — серьёзно кивнул Сева. — Но я придумал другой способ показать действие этой ткани.
Сева показал всем раскрытую ладонь. На ладони что-то лежало, но я не мог разглядеть, что именно.
Впрочем, Сева сам всё объяснил.
— Это вишнёвая косточка, — громко сказал он. — Сейчас я посажу её и выращу дерево.
Не смущаясь взглядами зрителей, Сева пальцем вдавил вишнёвую косточку в рыхлую землю. Затем накрыл глиняный горшок волшебной тканью.
Ткань зашевелилась, словно живая. Прямо на наших глазах из земли появился тонкий прутик. Он сгибался даже под тяжестью тонкой лёгкой ткани. Всего за несколько секунд прутик вытянулся вверх и окреп, затем выбросил в стороны ветки. Они покрылись почками, а затем и листьями.
Деревце стремительно росло, на ветках появились белые цветы, почти сразу они осыпались, и лепестки подхватил теплый летний ветер. А на деревце уже краснели самые настоящие спелые ягоды.
Сева эффектным жестом сдёрнул с деревца ткань, и оно сразу же перестало расти.
Зрители закричали и захлопали. Кто-то свистнул так, что у меня заложило уши.
— Сева, Сева, молодец! — скандировал сзади домовой Семен.
— И откуда же берётся это лишнее время в вашем изобретении, молодой человек? — хмурясь, спросил один из судей. — Ведь вы заставили это деревце прожить несколько лет всего за одну минуту, и предлагаете делать то же самое с людьми? Не получится ли так, что ваше изобретение лишит их будущего?
Это был каверзный вопрос, но Сева не растерялся.
— Ткань Времени работает совсем не так, — с улыбкой объяснил он. — Она растягивает или сжимает только индивидуальное восприятие времени.
— Объясните, — потребовал пожилой артефактор.
— Легко, — кивнул Сева. — Случалось вам когда-нибудь скучать? Помните, как невыносимо тянется время, когда вам нечем себя занять? Минуты буквально превращаются в часы.
Я видел, что зрители на конкурсе кивают, слушая Севу. Это ощущение было всем хорошо знакомо.
— А когда вы чем-то увлечены, всё происходит в точности наоборот, — добавил Сева. — Часы стремительно летят и кажутся минутами. Вот на этом принципе и работает Ткань Времени.
Так получилось, что выступление Севы завершало конкурс. Судьи принялись совещаться, и совещались так долго, что мне захотелось накрыть их Тканью Времени.
Кузьма Петрович не участвовал в обсуждении, но он с тревогой поглядывал на своих коллег. Видно, старый артефактор очень переживал за Севу.
Я снова посмотрел на Зотова. Он что-то втолковывал чиновнику казначейства. Чиновник слушал Никиту Михайловича с большим интересом.
Наконец легендарные артефакторы закончили совещаться и пришли к единому мнению.
Снова поднялся Владимир Гораздов. Он переждал крики и шум аплодисментов, а затем громко и отчетливо объявил фамилии победителей конкурса артефакторов.
И Сева Пожарский был среди них.
Да, мой друг оказался в числе победителей конкурса и получил звание мастера.
Окончание конкурса послужило сигналом к началу праздника. Загрохотал салют, загремела весёлая музыка, в небо взлетали искрящиеся фонтаны, среди сверкающих брызг носились перепуганные чайки и голуби. Представители великих родов поздравляли своих артефакторов, горожане от души веселились, из распахнутых дверей трактиров доносился звон посуды и вкусные запахи. А в синем летнем небе бесшумно скользили облака, похожие на разноцветных драконов.
Князь Пожарский первым добрался до растерянного Севы, опередив даже Кузьму Петровича. Он стиснул сына в объятиях. Конечно, со своего места я не слышал, что именно князь Пожарский говорит Севе, но, судя по смущенному и счастливому лицу моего друга, это было что-то очень хорошее.
Я одобрительно покачал головой. Дмитрий Иванович Пожарский все решил правильно, и я искренне этому радовался.
А буквально через минуту Пожарский порадовал меня ещё больше. Он, наконец, отпустил Севу и от души пожал руку Кузьме Петровичу. Князь так долго и мощно тряс руку старого артефактора, как будто собирался её оторвать, но, судя по всему, Кузьма Петрович ничего не имел против.
Затем они все вместе подошли к нам, и я, наконец-то, получил возможность поздравить Севу. Обняв друга, я похлопал его по спине.
— Ты настоящий мастер, дружище. Я всегда это знал.
— Без твоей помощи, Саша, у меня ничего бы не вышло, — ответил Сева. — Как я рад, что тебе удалось провести меня в Незримую библиотеку.
— Наконец-то я могу открыть тебе эту тайну, — рассмеялся я. — Дело в том, что я тут вообще ни при чём. Так уж сложились обстоятельства, что твоя помощь понадобилась Библиусу. И сложил эти обстоятельства не я. Магия сама отлично с этим справилась.
Миша тоже пожал Севе руку, да так крепко, что Сева охнул и поморщился. А затем и домовой Семен присоединился к поздравлениям.
